В свободное время Солдат обдумывал план, хотя и не верил, что тот когда-нибудь пригодится. ГИДРа казалась слишком всеобъемлющей – слишком могучей – чтобы всерьез замышлять побег. А потом человек на мосту отказался драться. Сказал, что Солдат знает его. И Солдат почувствовал… почувствовал… То, что Солдат чувствовал, было важно. Поэтому он сбежал.
========== Часть 1 ==========
Глава 1
Человек лишь тогда становится единым целым, когда принимает во внимание свою тень.
Джуна Барнс
*
Небо над Вашингтоном пылало, дым и пепел стелились над городом. Водители высовывали головы из сбившихся к обочинам автомобилей, все взгляды были прикованы к падающему исполину.
Солдат вошел в первый же попавшийся на пути большой универмаг. Прошагал мимо полок, сгребая охапки одежды: рубашки, свитера, джинсы, перчатки, пальто, шапка и два рюкзака. Продавщицы и покупатели либо съежились в углах, либо высыпали на улицу, направляя маленькие карманные компьютеры на махину, обрушивающуюся с неба в реку. Скрежет сминающегося металла и треск камня слышны были даже внутри.
Пункт первый – припасы.
Надо было взять все за один раз. Однажды уйдя в подполье, он не сможет больше высунуться, рискуя привлечь объединенное внимание ГИДРы и ЩИТа. Он должен был действовать быстро, решительно, целенаправленно. Мародеры – обычные спутники катастроф – послужат отличным прикрытием.
Когда толпа осталась позади, он остановился избавиться от промокшей кожи и кевлара. Одежда легла в угол раскисшей черной грудой. Солдат натянул синюю, очень мягкую толстовку. Честно говоря, водоотталкивающая зеленая или черно-серая, скрадывающая очертания владельца в тенях, были бы лучшим тактическим выбором, но синяя оказалась такой мягкой… Две другие Солдат оставил в качестве запасных.
Расстегнув застежку зубами, он осторожно просунул живую руку в рукав.
Вымокшее оружие нуждалось в хорошей чистке, количество боеприпасов было ограничено. Теоретически, он мог вернуться в банк или навестить один из разбросанных по городу складов, но агенты, вооруженные кодовыми словами, делали эту затею невыгодной. Нельзя было допустить слежки.
Надвинув пониже козырек бейсболки, Солдат отправился в ближайший супермаркет, где уложил в тележку шариковые подшипники, большой кусок парусины, упаковку бутылок с водой, огромную коробку соли и тридцать стеклянных банок с завинчивающимися крышками. В магазине стройматериалов он взял прорезиненные трубы, гвозди, замазку, хлопушки, леску, картон, три галлона смолы, игрушечные ракеты и колокольчики, какие подвешивают над дверью.
В местном долларовом магазинчике он прихватил грим, мячи, несколько дюжин катушек грубой нити и латексные накладки для Хэллоуина. Двигаясь с четкостью лазерного луча, Солдат переходил от одной нужной вещи к другой, меняя направление лишь затем, чтобы не сталкиваться локтями с другими покупателями. И когда он, призрак человека, стоял в очереди, в глаза ему бросился веселый перелив цветов.
На уровне его груди висел пакетик мармеладных мишек. Будь Солдат размером с ребенка, мишки оказались бы прямо на линии взгляда. Очередь продвигалась вперед, а Солдат все смотрел на мишек. Они не требовались для выполнения миссии. Нельзя было обременять себя лишним весом. Они отвлекали: личные вещи, не нужные оружию. Но ему нравились цвета – красный, зеленый, синий. Солдат сомневался над ними так долго, что женщина за кассовым аппаратом сжалилась над ним.
- Возьмите, – она сунула пакетик ему в сумку, не просканировав. Взгляд ее задержался на синяках у него под глазами и жестких металлических пальцах, прикрытых перчаткой. – За мой счет, дорогуша. Будьте осторожнее за рулем, ладно?
Позже Солдат наведался в оружейный магазин и купил четыре коробки патронов для русской снайперки и радио AM-FM с телескопической антенной.
Пункт второй – дислокация.
Сейчас его след, широкий и явственный, уходил в город, где кураторы придут к выводу, что Зимний Солдат жив, активен и продолжает миссию. Это не противоречило заложенной программе, поэтому Солдат без проблем смог угнать машину и покинуть Вашингтон. Грим подчеркнул ему скулы, смягчил взгляд, сделал подбородок шире и зрительно уменьшил нос. Из-за фальшивых зубов рот приобрел другую форму. При ближайшем рассмотрении эта маскировка никуда не годилась, но для дорожных камер ее хватало.
Шоссе 29 было переполнено гражданскими, спасающимися от происшествия на реке. В условиях паники и недостатка информации атаку капитана Роджерса приняли за теракт. Ведущие новостей убеждали людей оставаться в домах, полиция и военные устанавливали блокпосты. Прошло лишь четыре часа после начала инцидента, информация о нем была неполная и противоречивая. Так что Солдат с легкостью ускользнул из города.
Он держался окольных дорог, избегая участков с видеонаблюдением. Из-за этого приходилось тратить лишние часы, но тренировки на выносливость и депривацию сна пока выручали. Солдат мог без особого ущерба для функциональности бодрствовать восемьдесят один час. Ему требовалось лишь сорок пять.
Левую руку он держал за спиной, чтобы камеры не уловили проблеск металла между рукавом и перчаткой. Городки сменялись то длинными полями коричневой земли с ростками кукурузы, то зелеными рядами люцерны. Вдалеке высились неровные пики хребта Титон. Оказавшись в сотне миль от места миссии, Солдат углубился в лес и разбил временный лагерь.
