- Вижу, что не остался неузнанным, - приподнял уголки губ граф. - Что ж, даже к лучшему. За информацию благодарю. Теперь вернемся к вопросу компенсации.
- Я готов уплатить три миллиона галактических кредитов, - тут же отозвался Штайнер.
- Три миллиона? - удивленно приподнял брови ис Тормен. - Вы издеваетесь?
- Почему же? - под его холодным взглядом глава концерна ощущал себя очень неуютно. - Это весьма значительная сумма…
- По вашей милости моей ученице довелось пройти даже через рабство, поэтому трех миллионов явно недостаточно, - в голосе графа появился что-то змеиное, нечеловеческое. Штайнера пронзил животный ужас, он едва в штаны не наделал. И никогда не смог бы объяснить даже себе, чего так испугался…
- А какая сумма, по-вашему, достаточна? - спросил он через некоторое время, с большим трудом взяв себя в руки.
- Как минимум, десять миллионов.
- Согласен… - уныло кивнул Штайнер. - Чек выписать прямо сейчас или перевести деньги на счет?
- Лина, что думаешь? - в глазах графа, когда он обратился к ученице, появилась теплота.
- Да не нужны мне их грязные деньги! - оторвалась от груди наставника та. - Пусть подавятся ими!
- Это ты зря, - укоризненно покачал головой его светлость. - Деньги никогда лишними не бывают. Пригодятся. Тебе еще устраиваться в жизни надо. Дом покупать и прочее необходимое.
- Как вы решите, так пусть и будет… - скривилась девушка, не пожелав спорить. - Мне все равно.
- Тогда чек, - перевел взгляд на Штайнера граф.
- Одну минуту! - выпалил тот, доставая из кармана чековую книжку и ручку.
Устроившись прямо на лавочке, стоящей возле подъезда, он быстро выписал чек и протянул ис Тормену. Тот взял его, внимательно изучил, кивнул и куда-то спрятал. Затем сказал:
- Я, Дарв ис Тормен, граф Наргайский, даю слово, что с этого момента моя ученица Тиналина Дарилия Барселат не имеет ни лично к вам, господин Штайнер, ни к вашему концерну никаких претензий. Цену моему слову вы знаете. Лина, ты подтверждаешь?
- Да, - хмуро буркнула девушка. - Я тоже даю слово, что больше не имею к вам претензий.
- Благодарю! - облегченно выдохнул Штайнер, естественно, записывающий происходящее. - И еще одно…
- Что? - поинтересовался граф.
- Со мной адвокат Хаграйн, по чьей вине все и произошло. Госпожа Барселат имеет полное право решать, как его наказать.
- Где он? - оживилась девушка.
Штайнер махнул рукой конвоирам, и Хаграйна подвели к нему. Выглядел тот так, что краше в гроб кладут - мертвенно бледный, дрожащий, в глазах отчаяние. Тиналина окинула его недобрым взглядом, заметила в каком он состоянии и явно удивилась этому.
- Вот мы с вами и поменялись местами, господин Хаграйн… - сказала она через некоторое время.
Тот промолчал.
- Помните, я вам как-то обещала, что однажды превращу вашу жизнь в ад? - поинтересовалась Тиналина.
- Помню… - обреченно прошелестел адвокат, его затрясло еще сильнее.
- Так вот, - рассмеялась Тиналина, - я беру свое обещание назад. Не желаю мараться об вас. Живите, как можете. Только помните, что есть еще Создатель и Благие Защитники. Они когда-нибудь за все спросят.
Повернувшись к главе концерна, она негромко сказала:
- Уволили бы его, господин Штайнер… Такие подчиненные только дискредитируют вас. А меня его судьба не волнует. Всего доброго.
- Как скажете, - поклонился тот. - А ты, Кервио, можешь идти. По поводу твоего долга мы поговорим позже. Бежать не советую.
- Благодарю вас, госпожа Барселат! - низко поклонился адвокат и со всех ног пустился прочь.
Он действительно был очень благодарен девушке - она ведь могла пожелать чего угодно. Захотела бы, чтобы его прямо здесь пристрелили - и пристрелили бы. Но обошлось только увольнением и денежными потерями. Хаграйн не питал иллюзий по поводу Штайнера и понимал, что тот взыщет отданные Барселат десять миллионов с него. Ничего, на черный день куда больше припрятано на счетах в Галактическом Банке. Расплатится, еще и самому кое-что останется. На безбедную жизнь вполне хватит.
Глядя вслед удаляющимся флаерам Штайнера, Лина озабоченно потирала щеку и хмурилась. Ей очень не понравился этот холеный человек. Судя по первому впечатлению, абсолютно безжалостен и до последней степени прагматичен. Если такому окажется выгодно заживо сдирать кожу с детей, то он ничтоже сумняшеся будет делать это, не испытывая никаких угрызений совести. Почему-то возникло ощущение, что они еще столкнутся. Что ж, вполне возможно. Девушка не боялась больше ничего и никого, постепенно к ней приходило ощущение собственной силы, уверенность в себе, понимание, что на многое способна.
- Знаете, ваша светлость, - повернулась Лина к графу, - мне почему-то кажется, что господин Штайнер имеет отношение к пиратским кланам.
- Вполне возможно, - пожал плечами тот. - Но это ему ничего не даст, скоро пиратов в Ринканге не останется. Госпожа флаг-адмирал говорила, что принято решение заняться ими.
- И слава Благим! - обрадовалась Лина. - Этих тварей давно пора было призвать к порядку. Но надо посоветовать аарн считать Штайнера.
- Считать?… - прищурился граф, поворачиваясь к ней. - Что ты имеешь в виду?
