Выяснилось, что люди с темными глазами больше реагируют на цвет, а люди со светлыми глазами — на форму. Темноглазые индивиды особо чувствительны к цветам длинноволновой части спектра, так как сильная пигментация частично блокирует коротковолновый свет. Именно поэтому южане больше любят красный и желтый цвета, а северяне синий и серый. Кроме того, светлоглазые блондины нордической расы лучше различают полутона и ориентируются в пространстве. Темноглазые люди больше реагирующие на цвет, склонны к спонтанным и эмоциональным реакциям, а светлоглазые, реагирующие больше на форму предпочитают контролировать свои эмоции. Темноглазые любят тесное общение, светлоглазые же напротив все формы поведения основывают на дистанции, почитая сокращение межличностного пространства за дурной тон. Темноглазые во всем предпочитают следовать общественным шаблонам, в то время как светлоглазые вырабатывают свою жизненную позицию исходя из законов внутреннего стиля.
Вывод в работе Моргана Уорти хотя и шокирующе просто, но тем не менее хорошо аргументирован: «Люди с голубыми глазами воспринимают, прежде всего форму и имеют научный склад ума, а люди с карими глазами — цвет и имеют ненаучный склад ума».
Расовый анализ изобретателей и рационализаторов не оставляет никакого сомнения в том, что подлинная наука это детище по преимуществу представителей нордической расы. Следовательно мировоззрение выработанное кареглазым человеком никогда не станет подлинным достоянием человека голубоглазого, ибо специфика мировоззрения и цвет глаз взаимосвязаны.
Уже врачи и путешественники античной эпохи писали об особенностях расового запаха, что указывает на объективность и разработанность данного раздела групповой физиологии. Миссионеры средневековья говорили об «иудейской вони», а первые европейцы, покорившие Вест-Индию, от местных негров услышали фразу из песни: «Господь любит своих негров, он узнает их по запаху». Показателен и другой факт: в средневековой Европе торговцы волосами, которые занимались изготовлением париков, отличали по запаху немецкие от французских волос и различали даже ирландские, шотландские, английские и уэльские. Первое, по чему европейцы идентифицировали индейцев Нового света — был их природный запах, который впоследствии получил название Catinca.
Один из основоположников антропологической науки Иоганн Блюменбах обоснованно рассуждал о «национальных свойствах кожи». Крупнейший французский антрополог Жан-Жозеф Вирей (1775–1846), будучи доктором медицины и членом Королевской медицинской академии, в своем фундаментальном трехтомном труде «Естественная история человеческого рода» (Париж, 1824) писал: «Когда негру жарко, его кожа покрывается маслянистым, черноватым потом, который пачкает белье и издает весьма неприятный запах. Негры воняют так сильно, что место, по которому они прошли, остается пропитанным этим запахом на протяжении четверти часа». А русский классик Анатолий Петрович Богданов еще в середине XIX века указывал: «Некоторые народы издают из себя особенный запах, так, например, известно, что собаки, употребляемые для охоты за бежавшими невольниками, легко отличают след негра от следа индейца».
К числу специфических черт следует отнести также и форму обонятельной борозды у евреев. С древнейших времен известно, что все расы и племена имеют свой специфический запах, ведущий свое происхождение еще с этапа дочеловеческой истории развития. Не случайно поэтому отделы мозга, ответственные за обоняние, имеют самое древнее происхождение с эволюционной точки зрения и их развитие предшествовало всем формам психической деятельности. Вряд ли нужно пояснять, сколь велико значение запахов в животном мире. Поразительным образом оказывается, что и в мире людей их значение велико, хотя и не всегда осознается в полной мере. Парфюмы, притирания, благовония, духи разных народов также имеют расовые различия, поскольку призваны скрашивать природный запах своих хозяев. Терпкие духи южан, вызывающие справедливое отвращение у представителей нордической расы, в этом плане являются отличной иллюстрацией биологии культурно-исторического генезиса народов. Карл Фогт указывал: «Запах народа есть его неотъемлемая историческая принадлежность».
