Барон Эгон фон Эйкштедт уже в середине ХХ века отмечал: «Ни один путешественник не говорит о черных индусах, что от них исходит дурной запах. Зато все путешественники свидетельствуют, что запах, испускаемый африканскими неграми, отвратителен и что он сохраняется даже у метисов, чья прабабка была негритянкой, По всей видимости, в этом с ними сходны и негроиды южных морей. Цейлонцы пахнут пряностями, жители джунглей — дымом, китайцы — сладковатым жиром, многие южане — луком пореем. Автору не забыть запах кисловатого жира и подгоревшего молока, который пропитывал все предметы, одежду и самих людей племени тода. К нему примешивался еще и запах испражнений. Столь же незабываемы запахи переулков маленьких китайских городов и сладковатый запах филиппинцев. Атрофированное обоняние европейца не всегда отличает расовый запах от запаха пищи. Индийцы и негры утверждают, что от европейцев пахнет плохо — они издают трупный запах. В Гвиане индейские женщины воспринимают запах негров как неприятный и воротят от них носы. Эфиопы не переносят запах племени банту. Многие европейские путешественники утверждают, что от негритянок пахнет аммиаком или козлом, а от китайцев — мускусом».
Помимо различий в специфике запаха, у различных рас велики различия в величине и строении потовых желез их представителей. Японский расолог Бунтаро Адахи подтвердил выводы немца Карла Фогта, что потовые железы слабо пахнущих японцев сказались очень маленькими в сравнении с негритянскими. Мало того, обнаружилась прямая зависимость между запахом из подмышек и клейкостью ушной серы. Потовые железы негритянок в области половых органов существенно превосходят величиной соответствующие железы у европеоидной расы.
Позднее выявилась корреляция между запахом и вкусом. Эйкштедт, проводя много времени в экспедициях, имел возможность расспросить людоедов о расовых различиях. Он писал: «Людоеды особенно любят мускулы ног. На их вкус, белые люди вкусней негров, а англичане вкусней французов». Также и замечательный антрополог Людвик Крживицкий в своей монографии «Антропология» (1901), основываясь на богатом экспедиционном опыте, оставил следующее меткое замечание: «Различие в запахе между белым и негром настолько резко, насколько оно резко между собакой и шакалом, на вкус (по опыту людоедов) разница не менее значительна».
Впрочем еще Карл Фогт в этой связи указывал: «Цвет мяса негра никогда не бывает таким светло-красным, как у европейца; он более желтоватый или даже буроватый».
«Негры и белые сохраняют свои характерные черты, несмотря на перемену климата. Вплоть до внутреннего строения у негров наблюдаются явные соответствия с орангутангами. Негры — это иной вид человека, нежели мы», — утверждал Ж.-Ж. Вирей. Вследствие этого В. А. Мошков за много лет до современного развития эмбриологии указывал: «Если, по закону Геккеля, всякое живое существо чистой породы воспроизводит в своей жизни историю своего рода, то является вопрос, какую историю будет воспроизводить существо смешанное, гибридное, составившеся из двух видов? Гибрид воспроизводит не одну историю рода, а две, сначала одну, потом другую. Признаки одного из родителей появляются у него в одном возрасте, а признаки другого — в другом».
Именно смешение двух различных генетических программ, доставшихся гибриду в наследство от разнородных родителей, и ведет к разбалансировке всей его биологической структуры, нарушению психической и моральной целостности. Данные международной криминалистической и психиатрической статистики наглядно свидетельствуют, что среди расово-смешанных индивидов выше преступность, процент нервных и сексуальных отклонений. Также велико среди гибридов и количество клятвопреступников, ибо в их жилах наличествует «хаос крови». Гибрид — это существо, всю жизнь обреченное барахтаться в потоках разных кровей.
Глубочайшие расовые различия наблюдаются на всех уровнях организации человеческого организма, что вновь позволяет делать глобальные выводы и обобщения. Так, например, известный советский ученый А. И. Ярхо в одной из своих статей в «Русском антропологическом журнале» (1925 год, выпуск 1–2) указывал, что селезенка европейца на 23 % тяжелее селезенки негра, а печень — на 15 %. Напротив, у негров сердце и почки в среднем на 12–13 % тяжелее тех же органов у белых. В этом же номере журнала Л. П. Николаев в статье «Некоторые данные о морфогенетической роли эндокринных желез в связи с вопросом об изменении индивидуальных и расовых признаков» развивал идею о существенных различиях в строении гипофиза у представителей нордической расы по сравнению с негроидами и монголоидами. Мало того, автор пришел к однозначному убеждению, что «эндокринные железы сыграли решающее значение в филогенетической эволюции человека и в его постепенном развитии из обезьяноподобных предков».
