Расплата по счетам полностью

— Надо вытянуть японцев на равнину, пусть «увлекутся» преследованием. И когда они начнут штурмовать форты, крепко ударить в лоб, благо сейчас у меня в группе не три сибирских корпуса, а четыре. На укрепленные же позиции, построенные генералом Величко, я решил посадить 54-ю дивизию, ей там держать оборону все время — отступление для оного соединения мною не предусмотрено. Что касается 71-й дивизии, то расположить ее в Мукдене, как постоянный гарнизон, и забирать из нее бригады, полки или батальоны лишь в случае крайней нужды, слишком ненадежны запасные. У нас еще есть несколько суток на подготовку, солдаты 54-й дивизии вполне освоятся в окопах. Сибирские корпуса после «затравки» сражения, я отведу за линию фортов, и буду ждать удобного момента для перехода в наступление, всеми силами, включая находящийся в резерве 5-й Сибирский корпус.

Адмирал посмотрел на действительно впечатляющую линию укреплений, которая опоясывала предместья Ляояна, и до начала войны старые китайские укрепления выглядели убогими. Однако под руководством инженера генерал-майора Величко, который по настоянию бывшего военного министра Куропаткина провел необходимые работы с привлечением многих тысяч китайцев и маньчжуров, сейчас город представлял огромный укрепрайон. Были возведены бетонные форты, усилены старые люнеты, прорыты многие десятки верст окопов и траншей, с множеством блиндажей и укрытий, оборудованы закрытые артиллерийские позиции для множества батарей, включая осадную артиллерию. Однако долгая оборона города сейчас не предусматривалась, требовалось лишь нанести потери и измотать японские войска, после чего перейти в решительное наступление всеми силами, включая только что прибывший 5-й сибирский корпус. Состав последнего теперь получил иное «наполнение» — в него ввели полнокровную 1-ю Сибирскую пехотную дивизию. Изъяв четвертые батальоны из всех сибирских пехотных полков, сейчас спешно сбивали 4-ю Сибирскую сводно-пехотную дивизию по штату стрелковой, придав ей два артиллерийских дивизиона, прибывших из Варшавского военного округа, и сведенных в артиллерийскую бригаду.

В надежности нового соединения Зарубаев нисколько не сомневался — это были его войска , с которыми он уже воевал и хорошо их знал. Новым командующим корпусом был назначен генерал-лейтенант Сахаров, бывший начальником штаба у Куропаткина, и замененный на этом посту генералом Жилинским, начальником Полевого штаба наместника, который теперь был объединен со штабом Маньчжурской армии. Адмирал учитывал, что генерал Сахаров долгое время командовал охранной стражей КВЖД, знал местные условия, и, главное — старший его брат сейчас был военным министром, и это нужно было учитывать в будущих «раскладах». А так вроде как повышение — командующий корпусом должность «полного генерала», и гораздо выше штабной по установившейся традиции. Для многих получение корпуса под командование самый верх служебной карьеры, выше, на армии, и то в случае «большой» войны, прорываются единицы.

— У меня в четырех корпусах уже девяносто шесть «сибирских» батальонов, да еще шестнадцать резервных 54-й дивизии. В армиях генералов Оку и Нодзу, если верить донесениям разведки, а у меня нет причин им не верить, всего пять кадровых дивизий и две-три резервные бригады, пусть три — будем исходить из худшего. Итого по штату у противника восемьдесят четыре батальона против моих ста двенадцати, семь дивизий на девять наших, да еще опирающихся на укрепления. Победим неприятеля, ваше высокопревосходительство, не сомневайтесь, у меня сибиряки. А там японцев погоним обратно, до самого Квантуна — бежать морем не смогут, там наш флот господствует. Здесь всех и положим, и закопаем.