Выхожу из машины, с трудом пересиливая навалившуюся слабость. Руку мне подает водитель, заботливо, придерживая меня под локоть. Я благодарю, но предпочитаю идти сам. Мне нужно быть готовым к продолжению. Вероятно, хозяин продолжит общение в том же духе. Здесь нет ничего удивительного, Высший захочет поставить на место слишком неосмотрительного помощника, но и мне нельзя просто превратиться в его игрушку. Плохо, что гипербиотик делает ощущения слишком непредсказуемыми, лишают контроля над своим сознанием. И, думаю, хозяин намекнул, о чем лучше пока не стоит спрашивать.
Мы идем в высокий особняк. Он похож на святилище Зорфа в уровнях, но адаптированный под условия параллели. Колоннада у парадного входа открывает главный зал, за ним галерея, а с двух сторон застекленные малые залы. Обстановка подобна тем, что мне доводилось видеть у смертных, только более утонченная.
Здесь снова никого, и господин Лок отпускает водителя, и других смертных, кто следовал за нами в обычных автомобилях. Мне остается медленно прогуливаясь по боковым залам, обдумать вопросы к своему хозяину, подбирая их так, чтобы снова не спровоцировать его. Тем временем, Лок обращается ко мне, оставив последние распоряжения покидающему нас персоналу.
— Дорогая Алион, прошу вас пройти со мной. Нам нужно обсудить условия нашего договора.
Я иду за ним через галерею, в конце которой оказывается зал, вероятно, предназначенный для переговоров. Большой круглый стол со странным прибором в центре. Вокруг него около полусотни стульев. Лок присаживается за ближайший стул, как оказалось, снабженный пультом управления на подлокотниках. Меня же он приглашает за соседний.
— Прежде всего тебе нужно знать, что моя миссия мало связанна с Уровнями. — он поворачивает какой-то реостат под своей правой ладонью и в центре стола загорается полупрозрачная сфера, цветовые пятна которой складываются в символ базы данных уровней. — когда-то, высшие задумались об устройстве нейтрального уровня по образу и подобию наших, древних пластов, а именно, дать смертным законы и систему устройства взаимоотношений, подарить им общество. — в сфере отобразился схематический план иерархий, которым обучают всех, не рожденных в уровнях. — Как ты помнишь, в основе нашей иерархии лежит концентрация реликта, а, следовательно, и способностей. Для людей же в основу иерархии было решено положить знания о реальности их мира. — в сфере картины миров сменяются новой схемой. — Было решено выбрать и воспитать так называемую элиту, способную направлять и руководить остальной массой. Им помогать и приводить их решения в исполнение должны были аристократы, в нашей системе, соответствующие Высшим. Далее, многие из нас разошлись во мнении, как проводить устройство общества смертных. — Сфера отразила в своей глубине некоторых из Высших, знакомых и незнакомых мне. — Одни выступали за кастовую систему, такая, какая есть у нас в Уровнях. Другие говорили о свободном выборе функций для каждого из членов общества.
В таком расхождении взглядов нет ничего удивительного. Кастовая принадлежность в Уровнях определяется при рождении, поскольку потомок перенимает все способности своих создателей. У людей такого нет, каждый приходит в мир с чистым сознанием, его воспитывают и обучают. Подобным образом поступали с обращенными.
Лок нажимает комбинацию кнопок на пульте и встает из-за стола.
— Было решено разделить зоны влияния, — он встает за мой стул, смотря на сферу, где сменяли друг друга символы и эмблемы объединений Высших, в это время проводя костяшками пальцами по моей щеке, и шее.
— Вы курируете этот мир? — я воспринимаю его прикосновение как возможность продолжить прямое общение.
Он просит меня встать, взяв за руку.
— Да, мне и нескольким другим Высшим был поручен контроль за этой параллелью. — он кладет свою ладонь на мою голову. Меня моментально сковывает сильный ментальный контроль. — Можно сказать, я один руковожу этой миссией.
У меня еще есть шанс задать ему вопрос, пока он не перешел к следующему шагу.
— Как долго вы ведете здесь работу? — он разом скручивает мне все суставы, блокируя все функции, позволяющие снизить болевые ощущения. Хаос охватывает сознание, но он контролирует практически все, но оставляя канал для восприятия — я четко слышу его голос, вижу горящую красками сферу, не давая ничего упустить.
— За долго до того, как появились эмиссары. — он усиливает мою агонию до предела, а в сфере течет ускоренное время, показывая смену эпох, падение и возрождение цивилизаций, развитие и упадок, мир построенный Высшими, иногда ценой своего бессмертия.
Это могло бы продолжаться еще очень долго, если бы охвативший мое сознание хаос не начал приобретать определенный порядок, вибрируя со все больше нарастающей амплитудой, начинает меркнуть даже сфера. В какой-то момент, показалось, что эта боль превысила грань поддерживающей во мне жизнь. А потом, она постепенно начала уходить и хаос начал рассеиваться, возвращая мне реальность.
