Наступивший вечер показался Стрельцовым изумительным. Им вообще последние дни везло с погодой. Тихий и безоблачный закат не предвещал никаких атмосферных катаклизмов. Такое на Ночихе бывает не часто.
Место для лагеря Иван умело выбрал в стороне от троп, проложенных в джунглях динозаврами. Стрекот ночных тропических насекомых не раздражал, наоборот, сливаясь со стройным хором гигантских лягушек, обитающих в недалеком озере, мягко убаюкивал. Натруженные тела просили отдыха. После тяжелого, но интересного дня, заполненного переходом по девственному лесу, восхождением на небольшую гору, переправами через многочисленные водные преграды, на душе было спокойно и хорошо. Впечатлений — масса: удивительные пейзажи, необычайные растения, диковинные зверушки… Да что говорить! Вот она, романтика неосвоенных планет, — живьем, без прикрас и недомолвок.
Молодые супруги и сами не заметили, как усталый обмен восхищенными отзывами перешел в невнятное бормотание и тихое здоровое посапывание…
…Катерина проснулась неожиданно посреди ночи — резко и окончательно. Она перекатилась на бок, оперлась на локоть и, непроизвольно раскрыв рот, замерла, испуганно вслушиваясь в происходящее за тонкой стенкой походной суперпалатки. В слабом мерцании светильника, расположенного у изголовья, девушка растерянно разглядела скомканный спальный мешок Ивана, который оказался пустым.
Снаружи доносились дикий рев, визг и топот. Земля часто вздрагивала под мощными ударами столбообразных ног громадных чудовищ. Ужас! Вероятно, совсем рядом, в нескольких шагах от лагеря, в яростной схватке сцепились саблезубые ящеры! «Но где же Иван?..»
Катя одним рывком выскочила из теплого спальника и… тут же предусмотрительно замерла, так как в этот момент прочная палаточная ткань, способная выдержать восьмидесятитонную нагрузку, с оглушительным треском лопнула и разлетелась на части, обнажив пугающую черноту ночихинского неба, усыпанного яркими бусинками звезд, свет которых удивительно усиливался из-за загадочного оптического эффекта горного воздуха Заповедника Динозавров.
Буквально в десяти метрах от себя изумленная девушка увидела в блеске ночных светил остервенело извивающиеся в смертельном противоборстве тела, вернее, многотонные туши, отсвечивающих ороговевшими пластинами, огромными костяными панцирями, кинжалоподобными зубами и рогами длиной до полутора метров. Иногда свалка гигантов с шумом распускалась, словно огромный уродливый пупырчатый цветок. Ящеры на мгновение расступались, с ревом загребая когтистыми ножищами землю, разбрасывая камни и выворачивая деревья. Конечности размером с колонну беспорядочно топтались перед самым носом затаившей дыхание гринчанки. Затем исполинские существа вновь бросались в бой, казалось, с еще большим исступлением.
Джунгли вокруг этой колыхающейся массы живо наполнились пронзительным свистом, охами, гиканьем и вскриками каких-то зверей и прочих тварей. Не случайно первооткрыватели и первопроходцы, словно посмеявшись, назвали эту планету Ночихой, как бы в отместку за опасный нрав, соединив в странном имени небесного тела два понятия: ночь и мачеха. А ведь и вправду: оказавшись здесь в темное время суток, действительно чувствуешь себя бедным сиротинушкой, отданным на длительное подневольнoе воспитание (а в данном случае, наверное, на растерзание) чужой злой воле. Потому что приветливые, в общем-то, днем джунгли ночью превращаются в кошмарную смертельную ловушку, «по уши» заполненную неведомыми опасностями. Ведь все хищники в этом мире ведут ночной образ жизни. Даже холоднокровные динозавры — и те ничуть не утрачивают в прохладных сумерках свою дьявольскую жизнеспособность. Напротив, огромные ящеры ночью охвачены сумасшедшей жаждой убийства… и не уступают друг другу ни в силе, ни в жестокости, ни в первородном упрямстве. Не отстают от древних исполинов (как тут же убедилась Катюша) в стремлении к крови и еще более экзотические хищники…
Страшный темный силуэт кросдиона медленно закрыл собой рваный проем в стене и заслонил звезды. Большие фосфоресцирующие глаза уставились внутрь палатки, изучая ее содержимое. Мощный самец, размером со взрослого человека, тихонечко, словно ребенок, причмокивал клювом, издавая при этом характерный цокот. От такого звука у местных индейцев из племени чиу-цинабу волосы встают дыбом. Цокот означает, что чудовищный хищник вышел на охоту. А крос «освежевывает» человека за несколько секунд, превращая тело в окровавленную тушку.
