Когда Хамзат остановил машину у роскошного отеля, я почувствовала, как сердце сжалось. Огромное здание сияло огнями, в холле через стеклянные двери были видны мягкие диваны и хрустальные люстры. Всё выглядело так, будто мы приехали в сказку. Но мне было совсем не до сказок.
— Это что? — спросила я, слегка нахмурившись, указывая на фасад отеля.
— Отель, — невозмутимо ответил он, выходя из машины.
— Я вижу, что это отель, — я вышла следом, слегка недовольная. — Ты серьёзно? Шикарный люкс? Хамзат, это лишняя трата денег. Ты не миллиардер, если что.
Он остановился и посмотрел на меня с лёгкой улыбкой, которая всегда сбивала меня с толку.
— Я не миллиардер, — спокойно сказал он, беря меня за руку. — Но для тебя мне ничего не жалко. Это особенная ночь. Мы с тобой не каждый день женимся.
— Но зачем такой размах? — продолжала я ворчать, хотя где-то внутри чувствовала, что спорить бесполезно.
— Потому что ты достойна самого лучшего, — сказал он, тихо добавив: — Позволь мне это доказать.
Его слова заставили меня замолчать. Я только кивнула, а он нежно сжал мою руку и повёл меня внутрь.
Когда мы вошли в номер, я буквально потеряла дар речи. Огромный люкс с высокими потолками, мягким ковром, огромной кроватью, усыпанной лепестками роз. На столике стояло блюдо с шоколадом и поднос с фруктами. Шторы на окнах были отодвинуты, открывая вид на ночной город, мерцающий тысячами огней.
— Ты что, специально для меня в журнале идеальных свадеб подсматривал? — усмехнулась я, оглядываясь.
— Признаюсь, немного, — ответил он, снимая пиджак. — Хотел сделать всё правильно.
Я обернулась к нему, не зная, как реагировать на это изобилие романтики. Это было слишком красиво, слишком правильно. Словно я оказалась в каком-то чужом фильме.
— Тебе нравится? — спросил он, подходя ближе.
— Нравится, — честно призналась я. — Но это правда чересчур.
Он мягко взял меня за руки и посмотрел прямо в глаза.
— Хаджар, это для нас. Для тебя. Я хочу, чтобы ты знала: эта ночь будет только нашей.
Я почувствовала, как внутри всё переворачивается. Его голос был тихим, но в нём звучала такая искренность, что я просто не могла возразить.
— Ладно, — сказала я, пытаясь скрыть смущение. — Раз уж всё это уже оплачено…
Его губы тронула лёгкая усмешка.
— Отлично. Тогда начнём? — он взял бутылку сока и предложил бокал. — За нас.
Я сделала глоток, чувствуя, как тепло разливается по телу. Всё было так непривычно: роскошь, его взгляд, его прикосновения, от которых по коже пробегали мурашки.
— Ты слишком напряжена, — сказал он, аккуратно забирая бокал из моих рук и ставя его на стол. — Расслабься. Сегодня это можно.
— Ты и сам знаешь, что я не умею расслабляться, — отозвалась я, нервно усмехнувшись.
— Тогда я помогу тебе, — его голос стал ниже, мягче. Он протянул руку, убирая с моего лица прядь волос. — Ты доверяешь мне?
— Да, — тихо ответила я, и это было чистой правдой.
Он наклонился ближе, и я почувствовала, как его губы касаются моих. Это было мягко, почти неуловимо, но каждый нерв моего тела откликнулся. Его поцелуй стал глубже, настойчивее, и я почувствовала, как все мои сомнения исчезают.
— Хаджар, — шепнул он, отрываясь на мгновение, чтобы заглянуть мне в глаза. — Ты самая красивая женщина, которую я когда-либо видел.
Я покачала головой, чувствуя, как горят щёки.
— Ты так говоришь, потому что сейчас я твоя жена, — прошептала я.
— Нет, — его голос был хриплым, но твёрдым. — Я говорю это, потому что это правда.
Он притянул меня ближе, и я почувствовала, как всё внутри меня растаяло. В эту ночь я впервые за долгое время почувствовала себя не только любимой, но и по-настоящему свободной.
Этот человек выбрал меня, несмотря на всё, что я считала своими недостатками. И я выбрала его — без страха, без сомнений. Только с верой в наше будущее.
Я сидел на ковре, наблюдая, как Халифа играется с мягкими кубиками. Её тоненькие пальчики ловко строили башню, но через секунду она хихикнула и с силой её разрушила. Я не мог удержаться от улыбки. Эти моменты — её смех, её радость — стали для меня драгоценностью, которой я не знал, что так сильно не хватало.
Айдар сидел рядом с сестрой, вырезая что-то из бумаги, но периодически бросал на меня косые взгляды. Словно ждал, что я скажу или сделаю что-то, что ему не понравится.
— Халифа, осторожнее, — сказал я, поднимая один из кубиков, который она уронила мне на ногу.
Она подняла глаза и широко улыбнулась. В её взгляде было что-то такое, от чего у меня перехватило дыхание. Она подползла ко мне и вдруг, совершенно неожиданно, произнесла:
— Папа.
В комнате повисла тишина.
Я замер, не зная, как реагировать. Слова будто застряли в горле. Халифа снова посмотрела на меня, её крошечные ручки потянулись к моим. В этот момент я понял, что для неё это слово значило больше, чем я мог представить.
— Ты что сказала? — Айдар резко поднял голову, его голос дрожал от негодования. — Это не папа! Папа — плохой. А он… он не папа!