Я устала и измучена. В конце концов, решаюсь пошевелиться и исследую темницу ногой, осторожно. Она небольшая и в ней ничего нет. Ни лежанки, ни скамейки. Я сажусь на холодный пол и начинаю смеяться. Действительно, стоит ли бояться застудить почки, когда меня скоро казнят. Кровавая императрица? Ничего себе! Когда только успела не только стать императрицей, но и чего то там накровавить или, вернее, кого-то. Может, я уже поработала на бабусю или на ее императора? А память у меня забрали? Да что гадать. Без бутылки тут не разберешься, а бутылки-то и нет. И не предвидится. Жаль. Чего-нибудь покрепче сейчас бы не помешало, хотя я обычно такое и не пью.
В темноте и одиночестве время тянется бесконечно медленно. По ощущениям оно и вовсе стоит на месте. Не знаю, сколько я пробыла в подземелье. Забывалась тревожным сном ненадолго, но все время просыпалась, сотрясаемая дрожью от холода.
Когда вдалеке послышались шаги и забрезжил свет, я обрадовалась и испугалась одновременно. Мне хотелось выбраться отсюда, но я боялась, что вылазка состоится на эшафот.
Ко мне вошел светловолосый воин, тот самый, что приказал бросить сюда. Я с трудом поднялась и встретила его стоя. Он остановился передо мной, и наши глаза встретились. Я не стала затягивать поединок взглядов и спросила:
— Кто ты?
— Новый император, — ответил он коротко и ровно.
— Кто я? — следующий вопрос сорвался с моих пересохших губ — ни еды ни воды мне здесь не давали.
— Жена бывшего императора.
— Но это не правда. Позволь мне рассказать свою историю, — попросила я.
— Говори.
И я говорила, торопливо и сбивчиво. О том, кто я, где живу, как называется мой мир. О том кем работаю и о событиях последних дней. Слава богу, новый император не перебивал и молча слушал. Это давало надежду.
Он долго молчал, когда я закончила, и рассматривал меня, как неведомую зверушку.
— Слишком сложная история для лжи. Такой неправдоподобной может быть только правда, — наконец выдал мужчина.
Я бы захлопала в ладоши, если бы могла.
— Значит, ты видела привратницу?
— Привратницу? — не сразу поняла я. — Эту старушенцию имеешь в виду, которая запихнула меня в какой-то ад? А в моем мире меня убила?
— Привратники не убивают. Они исправляют ошибки, — ответил император.
— О чем ты?
Вместо ответа мужчина шагнул совсем близко, положил руку мне на затылок и запрокинул голову. Обжег взглядом и сказал:
— Говорят, у императрицы были красные глаза. Твои зеленые. Хотя, может быть, все врут.
— Ты веришь мне? Ты меня не убьешь?
— Не совсем. Нужно кое-что проверить, — император развязал мне руки и вывел из камеры. За руку потащил вверх по лестнице. — Не вздумай что-нибудь выкинуть. Имей в виду, я убил твоего императора. С тобой справлюсь играючи.
— Да не было у меня никакого императора. Куда мы идем? — спросила я, но он отвечал на мои вопросы сильно выборочно и этот проигнорировал.
Когда мы оказались в комнате, куда пробивался солнечный свет из окон, мужчина остановился.
— Темница глушит магию. Сейчас я проверю твою. Темную силу императрицы от меня не скроешь.
Я замерла, словно мышь перед котом. А вдруг? А мало ли? Не дай бог…
Император толкнул меня к стене, прижал своим телом и поцеловал. От неожиданности я уперлась ладошками в его грудь, но пытаться оттолкнуть его все равно, что двигать валун весом в тонну. Он целовал настойчиво, холодно, но… Но меня все равно обжег его поцелуй. И немного обидел. Не так нужно целовать женщину…
— В тебе нет ее магии. Ты сказала правду, — император отстранился. — В тебе вообще нет магии.
— И, чтобы это понять, нужно было набрасываться на меня? — возмутилась я, в шоке рассматривая свои ладони. Они не совсем мои. Похожи, но не мои.
— Это самый простой и надежный способ в моем мире.
— Что будет со мной теперь? — рискнула я задать животрепещущий вопрос.
Император нахмурил брови, отвернулся к окну и с полминуты молчал:
— Мне нужен гарем. Этот замок после войны восстановлению вряд ли подлежит. По крайней мере, проще построить новый. Мы обоснуемся в старом дворце неподалеку. И, раз уж привратница прислала тебя служить императору, то кто я такой, чтобы идти против воли высших сил? Будешь распорядительницей моего гарема.
Меня привезли в старый дворец. Выглядел он давно заброшенным, двор порос травой мне по пояс, кустарники расползлись повсюду, а деревья много лет не знали стрижки и ухода. Многие одичали, многие засохли, но все еще тянули мертвые лапы к небу.
Несколько охранников отворили тяжелые створки скрипучих дверей на входе и пропустили меня внутрь.
— Я что буду здесь одна? — спросила я, разглядывая покрытую толстым слоем пыли мебель и полутемное помещение.
— Пока не приедет господин, да, — отозвался молодой черноглазый воин. — Выходить за пределы дворца вам запрещено. В первую очередь император приказал привести в порядок его покои, кухню и купальни.
— Даже во двор нельзя? — скорчила я недовольную гримаску.
— Во двор можно, — сказал, как отрезал, второй охранник.