До Царского Села доходили слухи о творимых Распутиным благих делах. Вырубова добавляла заинтересованности, исподтишка заводя разговоры о здоровье маленького цесаревича Алексея. Царица погружалась в раздумья, но ничего не отвечала.
Летом 1906 года Распутина вызвали ко двору. За несколько дней до назначенной даты приезда Григория Ефимовича в Царское Село один из офицеров царской охраны заметил в окрестностях дворца подозрительного мужика в сапогах и голубой рубахе. За ним установили наблюдение. В течение нескольких дней полицейские филеры ходили за этим мужиком по Петербургу. Начав день с посещения церкви, этот странный мужик заходил в дома великих княгинь, снова появлялся в Царском Селе и снова уезжал в город. Ничего угрожающего в его поведении обнаружить не удалось. Но когда ко дворцу подкатила коляска с приглашенным царицей «старцем», офицер охраны с удивлением узнал в нем… того самого подозрительного мужика.
Распутин явился к царю с подарками. С порога он благословил монаршую чету. Царь и царица приняли благословение, после чего Распутин преподнес Николаю икону с образом Симеона Верхотурского — явно самодельную, написанную на деревянной доске. Царь приложился к иконе.
Затем Григорий Ефимович обратился к дочерям Николая и Александры Федоровны. Для каждой у «старца» нашлось подходящее слово. Царевича Алексея Распутин погладил по голове и помолился в его присутствии. Малыш таращил на бородатого мужика глаза и, кажется, совсем не испугался.
Эта встреча прошла для Распутина очень хорошо. Впечатленная безыскусными рассказами «старца» о деревенской жизни сибиряков, императрица прониклась к Григорию Ефимовичу симпатией. Он это чувствовал и тонко подыгрывал Александре Федоровне, называя ее по-простецки «матушкой», что царице очень нравилось. Царь тоже проникся к Распутину добрыми чувствами, но, предчувствуя подвох и не доверяя собственному впечатлению, вскоре после этой встречи обратился к своим приближенным — дворцовому коменданту генералу Дедюлину и флигель-адъютанту полковнику Дрентельну. Он попросил их поговорить с Распутиным и затем поделиться своими впечатлениями. Оба выполнили просьбу царя. И оба высказались о Распутине в крайне резком тоне.
Генерал Дедюлин вместо «старца» и пророка увидел перед собой хитрого авантюриста, обладающего «некоторой долей гипнотизма, которой он и пользуется». Этот отчет генерала основывался не только на личном впечатлении Дедюлина. Опытный служака, готовый отдать за царя жизнь, он установил за Распутиным наблюдение. Дрентельн же с солдатской прямолинейностью обругал Григория Ефимовича, не поверив ни единому слову фальшивого «старца». И тоже отметил необычные способности Распутина, которыми тот явно пользуется.
Любопытно, что никто из ближайшего окружения царской семьи, будь то офицеры охраны, придворные медики, обслуга, воспитатели или гувернеры царских детей, проповедям Распутина не поверил и его апологетом не стал. Эти люди не поддались чарах: Григория Ефимовича ни в момент его сближения с царской семье ни позже, сохранив скептическое отношение к его личности и мнимым способностям.
Заметим — в окружении царской семьи не было людей случайных. Не было их и в высшей политической элите. В дар Распутина верили лишь дамы высшего света и полусвета, очень редко их мужья и еще реже — близкие и дальние родственники царя по мужской линии (вроде Юсупова). Гипноз Распутина действовал весьма избирательно. На людей с сильным волевым характером он не действовал.
Придворные доктора Федоров, Деревенко, Боткин относились к Распутину с крайним скептицизмом. Слабину дал лишь Деревенко, да и то лишь однажды, отчаявшись остановить открывшееся у царевича носовое кровотечение. Но позже и он не верил в чудодейственное воздействие Распутина, который якобы остановил кровь самим фактом своего присутствия и сотворенным им крестным знамением. Федоров и Деревенко были в полном недоумении, хотя особых вопросов и не возникало. После интенсивной терапии, проведенной врачами, кровотечение должно было остановиться. Распутин, как всегда, появился вовремя… И это была не единичная история. Хотя мы об этом уже говорили, путаница в хронологии событий могла привести к тому, что единственный случай превратился в систему, а случайное совпадение — в несомненное благотворное воздействие Распутина на больного наследника престола.
Путаницы и несуразностей много. Необычным было поведение самого царя. Попросив оценки личности Распутина у своих приближенных и получив ее, царь не поверил их заключению. Зачем тогда спрашивал? Чтобы утвердиться в собственных заблуждениях? Но и царь был человеком не менее странным, чем его «друг» Григорий Распутин — по-своему, разумеется. В его характере смешались упрямство и слабость, решительность и трусость. Это, в конечном счете, и привело страну к катастрофе…
