В конце лета 1917 года Анну Александровну выпустили из тюрьмы «за отсутствием состава преступления». Было решено выслать ее в Финляндию (тогда это была российская территория). Сообщение о дате и времени депортации было опубликовано в петроградских газетах.
Однако уехать ей не удалось. Поезд дошел лишь до станции Рихимякки. Здесь он был остановлен огромной толпой солдат. Вырубову на инвалидной коляске стащили из вагона и через Гельсингфорс (сейчас Хельсинки) препроводили на бывшую императорскую яхту «Полярная звезда». На корабле ее доставили в Свеаборг и заключили в местную тюрьму.
Матушка Анны Александровны в отчаянии обратилась к властям. Дошла до большевистских вождей. И распоряжением Троцкого Анна Вырубова была освобождена. Анну Александровну привезли в Петроград, доставили в штаб большевиков — в Смольный институт. И тут же отпустили. Каких-либо обвинений ей предъявить не смогли — Вырубова была перед властями чиста.
Что с ней случилось после октябрьского переворота, можно назвать одним словом — большая беда. Ее неоднократно арестовывали и снова освобождали. Мучения продолжались несколько месяцев. В конце концов, она исчезла — скрывалась у друзей. Ночевала в подвалах и ночлежках бедняков, которых когда-то вытаскивала из лап нищеты сама. Ее доброта не была забыта. Никто из приютивших Вырубову ее не выдал.
В 1920 году Анна Александровна и ее матушка предприняли попытку нелегально покинуть Страну Советов. И это им удалось. Они благополучно перешли границу и оказались в Финляндии. Поселились в столице. Здесь, в Хельсинки, Анна Александровна и прожила до самой кончины в 1964 году. Она сменила фамилию, вернув свою девичью — Танеева. Постриглась в монахини. И в политической жизни эмиграции участия не принимала.
Однако ее не забыли. Полагая, что Вырубовой-Танеевой уже нет в живых, в начале 20-х годов в СССР началась публикация «Дневника Вырубовой». К сочинению этой книги Анна Александровна отношения не имела. Но именно эта книга цитируется чаще всего, когда апологеты Распутина ищут доказательств его чудодейственной силы. Поскольку «Дневники» были опубликованы и за границей, Вырубова была вынуждена выступить с опровержением. А потом взялась за настоящий дневник, написав книгу «Страницы моей жизни», изданную в 1922 году в Париже.
Существует масса свидетельств, в том числе и строго документальных, о том, что Вырубова была ярой поклонницей Распутина и одной из его «пациенток». Но после 1917 года ее мнение о «старце» резко переменилось. В своих мемуарах, изданных в 1922 году, Вырубова отрицала дружбу с этим странным человеком и, тем более, то, что находилась под его влиянием. Более того, Анна Александровна отрицала и влияние Распутина на царицу! Вырубова писала, что Григорий Ефимович появлялся в Царском Селе не более 2–3 раз в год. О каком же реальном влиянии «старца» на психику и поступки Александры Федоровны можно в этом случае говорить?
В конце концов, прозрела и Анна Вырубова. Связь с Распутиным не принесла ей ничего, кроме страданий. То же можно сказать и о других апологетах Григория Ефимовича.
Десятилетия советского террора и экономического прозябания — вместе с несомненными достижениями и победами, отрицать которые глупо, — изменили отношение россиян к сибирскому «старцу». Советская пропаганда использовала образ Распутина, чтобы обвинить Николая II в многочисленных преступлениях. Какого-либо расследования распутинской деятельности в советское время в СССР не предпринималось. Не было закончено и расследование Чрезвычайной комиссии Временного правительства. Надо понимать, что целью комиссии было вовсе не обвинительное заключение, адресованное убиенному «старцу». Распутин уже мало кого интересовал. Нужны были аргументы, оправдывающие арест царской семьи, убивать которую никто из членов Временного правительства и идеологов Февральской революции не собирался. Необходимо было понять, что делать с Николаем и его семьей в принципе.
В конце марта 1917 года Павел Николаевич Милюков, в то время министр иностранных дел Временного правительства, обратился к властям Великобритании с предложением вывезти царскую семью в Лондон на попечение короля Англии Георга V. (Кстати, Николай II и Георг V были похожи, как близнецы, подшучивали над этим сходством и любили фотографироваться вместе). Английская сторона ответила согласием. Началась подготовка корабля, на котором царская семья должна была покинуть Россию. Однако через несколько недель, в апреле 1917 года, англичане сообщили, что эвакуация царской семьи невозможна — по политическим причинам (из-за внутриполитических осложнений в самой Англии). Король отказался от рискованного шага, несмотря на настоятельный совет премьер-министра Ллойда Джорджа, опасавшегося за судьбу Романовых. Шанс спасти Николая и его семью от гибели был упущен.
Пророчество Распутина — мнимое или реальное — начало сбываться…
