Рассказ предка полностью

Триангуляция еще более эффективна, если мы задействуем много видов. Но для этого мы нуждаемся в сложных методах, которые опираются на наличие точно построенного генеалогического дерева. Эти методы будут объяснены в "Рассказе Гиббона". Триангуляция также предоставляет возможность для вычисления даты любой эволюционной точки разветвления, которую Вы захотите. Это – "молекулярные часы". В нескольких словах, метод подсчитывает различия в молекулярных последовательностях между сохранившимися видами. У близких кузенов с недавними общими предками есть меньше несоответствий, чем у дальних родственников, возраст общего предка должен быть — или хочется на это надеяться — пропорциональным числу молекулярных несоответствий между их двумя потомками. Затем мы калибруем произвольную временную шкалу молекулярных часов, переводя ее в реальные годы, используя окаменелости с известными датами для нескольких ключевых точек ветвления, случайно оказавшихся в нашем распоряжении. На практике это не столь просто, и осложнения, трудности и связанные с этим споры займут эпилог к "Рассказу Онихофоры".

В прологе Чосер знакомил нас со всеми своими пилигримами, одним за другим. Мой список действующих лиц слишком велик для этого. В любом случае, сам рассказ – длинная последовательность знакомств в 40 пунктах рандеву. Но необходимо сделать одно предварительное отступление, чего не было у Чосера. Его персонажи были людьми. Мои – ряд группировок. По пути мы группируем животных и растения, нуждающихся в представлении. На Рандеву 10 к нашему путешествию присоединяются приблизительно 2 000 видов грызунов плюс 87 видов зайцеобразных (кроликов, зайцев и пищух), вместе называемых грызунообразными. Виды сгруппированы иерархически, и у каждой группировки есть собственное название (семейство мышеподобных грызунов назывется мыши - Muridae, а подобных белке грызунов – беличьи - Sciuridae). И у каждой категории есть название. Мыши – семейство, беличьи - также. Грызуны Rodentia – название отряда, к которому оба принадлежат. Грызунообразные Glires– надотряд, который объединяет грызунов с зайцеобразными. Есть названия для классов, семейств и отрядов, находящихся где-то посредине иерархии. Вид находится у основания иерархии. Мы продвигаемся вверх через роды, семейства, отряды, классы и типы с приставками вроде под- и над -, предоставляющими свободу для вставки.

У вида особый статус, как мы узнаем в ходе различных рассказов. У каждого вида есть собственное научное двойное название, состоящее из названия рода с большой буквы вначале, сопровождаемого названием вида без заглавной буквы, оба печатаются курсивом. Леопард ("пантера"), лев и тигр - все являются членами рода Пантера: соответственно Panthera pardus, Panthera leo и Panthera tigris, в семействе кошачьих, Felidae, которое в свою очередь является членом отряда хищных Carnivora, класса млекопитающих Mammalia, подтипа позвоночных Vertebrata и типа хордовых Chordata. Я не буду здесь рассуждать о принципах таксономии, но упомяну их по мере необходимости на протяжении этой книги.

Часть 03

Паломничество начинается

Пришло время отправляться в наше паломничество в прошлое, которое мы можем представить себе как путешествие в машине времени в поисках наших предков.

Или более точно, по причинам, которые будут объяснены в "Рассказе Неандертальца", в поисках наших предковых генов. Первые несколько десятков тысяч лет наших поисков наши предковые гены принадлежат людям, которые выглядят одинаково с нами. Что ж, это, очевидно, не совсем верно, потому что мы сами не выглядим одинаковыми друг с другом. Позвольте мне перефразировать это. В первые десятки тысяч лет нашего паломничества все люди, которых мы встречаем, выходя из нашей машины времени, будут не более отличаться от нас, чем мы сегодня отличаемся друг от друга. Примите во внимание, что "мы сегодня" включает немцев и зулусов, пигмеев и китайцев, берберов и меланезийцев. Наши генетические предки 50 000 лет назад находились бы в пределах того же диапазона изменчивости, который мы видим в мире сегодня.

Если не считать биологическую эволюцию, то какие изменения мы можем видеть, продвигаясь назад через десятки тысячелетий, в противоположность сотням тысяч или миллионам лет?