К заросшей кустарником балке, где и прятался пропавший, они подошли уже порядком уставшими. Внимание рассеивалось, кто-то уже переключился на грибы и ягоды, другие вообще уже ничего не хотели искать. Кому-то понадобились таблетки, и походную аптечку начали срочно передавать к нужному месту. В общем, шума от них было еще много. Он-то и насторожил пропавшего, который решил, что на него движется целая лесная банда – сбежавшие уголовники или что-то в этом роде.
Он спрятался в кустах, но по слепому случаю именно через это место проходил путь волонтёра. Человек с рюкзаком за плечами и в черных очках вышел прямо на него. Белой тростью он орудовал впереди, обстукивая стволы и лихо раздвигая кусты. Пропавший едва успел отскочить в сторону.
– Тут кто-то есть! – гаркнул волонтёр. – Все сюда!
Их не нужно было приглашать дважды. Быстрота реакции удивляла, как будто никто из них не хромал, все слышал и видел и вообще был самым сильным, ловким и быстрым человеком на земле.
Пропавшего захватили с разных сторон, выволокли из кустов, не давая опомниться.
– Это он! В синих штанах! – кричали с большой радостью и воодушевлением.
– У меня нет денег! – орал он. – Возьмите штаны, но не убивайте меня.
Волонтёры смеялись.
– Мы друзья. Сейчас вам поможем, – они крепко держали его за руки.
Старший подошел последним, победно махая над головой панамкой. От радости он еще сильнее заикался. Его переводили остальные.
– Мы специализированный поисковый отряд «Ищу человека», мы ищем именно вас. Вот наша эмблема. Не бойтесь. Мы с вами. Теперь для вас все худшее позади, мы поможем вам выйти из леса, посадим в машину и проводим до самого дома, если вам трудно идти самостоятельно.
Пропавший все еще не мог прийти в себя и действительно плохо двигался. Для него сделали носилки и уложили, привязав тело бинтами. Он уже не сопротивлялся, и всю обратную дорогу так и не мог решить, спасают его или наоборот…
– Ма…ма…мааладец.
Старший крепко обнял волонтёра в очках. Тот широко улыбался, когда все остальные, в том числе медперсонал скорой и водитель автобуса пожимали ему руку. Потом достал из рюкзака ножик и сделал на трости насечку.
– Четвертый, – торжественно сообщил он.
До города Франтишек добрел уже затемно. Заплечный мешок полегчал, но и силы значительно убыли. Он прошел уже сотни миль, и давно на его пути не попадалось города. Получается, он скитался так долго, чтобы добраться именно до этого.
Ночные звезды еще не разгорелись, и дороги было не разглядеть. Единственное, что хорошо видел Франтишек, так это свои сапоги из бычьей кожи. Они износились, но подошва была еще твердой, шнуровка крепко стягивала голень, и голенища блестели отличной выделкой. Сапоги не раз выручали его на разбитых дорогах, среди непогоды и грязи. И при аккуратном обращении послужат еще долго. Сапоги в дороге – первое дело, ко всему остальному можно приспособиться.
– Я найду здесь хорошую работу. Город большой, и я много что умею. А вы пока отдохнете, – беседовал Франтишек со своими сапогами. – Скоплю денег, и снова в путь… Продолжим путешествовать вместе.
Так, в разговорах и мечтах Франтишек дошагал до главных городских ворот, где его сразу задержали стражники.
– Кто таков? – скрестили они могучие алебарды.
Вид стражники имели угрожающий – железные кольчуги, остроконечные шлемы, которыми и проткнуть можно, железные перчатки, латы. Но почему-то босые.
– Я человек, – смутился Франтишек. – Хочу устроиться на работу в вашем городе. Я умею…
– Снимай сапоги! – грубо прервали его.
– Зачем?
– Не разговаривай, снимай! Или ступай прочь. В нашем городе запрещено носить обувь.
– Как, совсем?
Франтишек был озадачен. Сапоги снимать не хотелось, но и пройти мимо было уже невозможно. Когда он еще дойдет до следующего поселения. Он осторожно стянул свои замечательные сапоги, и стражники тут же их отобрали.
– А куда?..
– Теперь ступай смело! – дружелюбно рявкнули они и подтолкнули вперед.
Идти босиком в темноте по булыжной мостовой было тяжко. Ноги быстро устали от напряжения. Каждый шаг был сопряжен с угрозой напороться на что-то, пораниться, испачкаться, провалиться. Франтишек чувствовал себя незащищенным и беспомощным, словно не только ноги, но и весь он был голым.
Он искал, куда бы спрятаться до рассвета, но вокруг плотно стояли в ряд глухие темные дома. У сточной канавы правая нога вляпалась в ослиное дерьмо, а левая поранила пятку о что-то острое.
– Бог мой! Что с вами стало! – Франтишек подумал, что никогда еще не разговаривал со своими ногами, и ему стало жалко их. Ступни сжались и даже стали меньше от испытаний.
– Теперь сапоги вам будут велики. Знаю, как вам тяжело без них. Горькая разлука! А каково им?..
Сапоги не отдадут – было у него смутное предчувствие. Ничего, главное – найти работу, скопить денег, а когда придет пора уходить, он купит новые. Но где же он купит, если в этом странном городе запрещена обувь?
