Третья планета Солнечной системы имеет в составе атмосферы кислород... есть все условия для существования белковой жизни... возможно наличие разумных существ...
Над Городом шел дождь.
Мелкие капельки, освещенные неярким, из-за облаков, солнцем, беззвучно опускались на чешуйчатые купола домов, на пенолитовый гранит уличных переходов и пешеходных дорожек, на сферические крыши городских аэробусов, на лица прохожих, на прозрачный водопластик накидок и непромокаемых плащей.
Обычно дожди над Городами Планеты проходили ночью. Но, раз в декаду, Служба Погоды внезапно перегоняла облака с загородных полей и лесных массивов, и такие неожиданные дожди приносили на улицы Городов веселую сумятицу, которая приятно нарушала некоторую монотонность искусственного климата.
Никто уже не расстраивался от того, что промочил ноги, простудные болезни исчезли много поколений тому назад.
В Институте Инженеров Хорошего Настроения только что закончились лекции.
— Дождь! — крикнул кто-то — В Городе дождь!
Биполярные двери распахнулись во все стены. Толпы студентов заполнили просторные аллеи институтского парка.
С сине-фиолетовой листвы деревьев звучно шлепались крупные капли, легкие одежды сразу промокли, налипли на плечи. Но всем было весело, и никто не хотел уходить. Включили мелодинер, и под электрическую музыку юноши и девушки импровизировали под дождем на темы, которые давались им в лекциях по Танцевальной Пластике.
Мокрый аэробус стоял пустой у причальной колонки.
Внезапно возникший гул перекрыл разом и шум дождя и музыку мелодинера. Что-то тяжелое обрушилось сверху на деревья, ломая и расшвыривая ветки, и рухнуло на аллею, среди танцующих.
К счастью, никто серьезно не пострадал. Только одна девушка вскрикнула и затрясла обожженной рукой.
На аллее, вдавившись в песок, лежал большой — в два обхвата — раскаленный шар. Дождевые капли вспыхивали на нем белыми шипящими облачками пара.
Плачущую девушку увели подруги.
Кто-то протянул к шару ладонь, ощущая излучаемое тепло.
— Метеорит?
— Нет, — сказал другой. — Не похоже.
Мелодинер выключили. Любопытные подошли ближе, окружили черный загадочный шар.
— Смотрите, смотрите!
По темно-вишневой поверхности шара пробежали светлые трещины. Посыпалась окалина. Оболочка шара вдруг начала раскрываться, как чашечка огромного цветка. Показалась веточка радиоантенны.
В это время над аллеей появился Патрульный Диск и опустил па шар экранирующее поле защиты.
На орбите Третьей Планеты Патрульный Диск № 24 принял дежурство у Патрульного Диска № 21, которому пора было возвращаться на зарядку эиергобункера, а экипажу на отдых на родную Планету Энн.
Сменный пилот Патрульного Диска № 24, прощаясь, помигал лазером вслед улетевшим товарищам. Подогнал скорость Диска применительно к скорости патрулируемой Планеты. И пошел над нею на высоте двадцати ее диаметров. Опускаться ниже не следовало, можно было попасть в поле зрения мощного телескопа или в луч радара и возбудить у жителей Третьей Планеты ненужное любопытство.
Дежурный штурман сидел на своем месте у пульта звуковизора. Слушал через автомат-переводчик многоязычный радиоголос Планеты. Опустив на ее поверхность узкий луч локатора, следил за ее жизнью, чужой жизнью, столь непонятной ему. Хотя любой из жителей Третьей Планеты ничем не отличался от него.
Штурман не заметил ни момента запуска межпланетной станции, ни места, откуда она стартовала. Да и трудно было заметить, очень много поднималось с Третьей Планеты ракет; ракет специальных и исследовательских, ракет, которые выносили на орбиты спутники, служившие научным целям и другим, ненаучным делам.
Но автолокатор засек станцию, когда она, развив вторую космическую скорость, покинула орбиту Планеты. Штурман передал ее координаты пилоту.
Расчетный автомат тут же скорректировал угол поворота, необходимого для перехвата космической станции, и увеличил скорость Патрульного Диска. На переднем лезвии рассекателя заструилось бледно-голубое пламя, оно стремительно вытянулось длинным языком, и экипаж Диска утонул в упругом пластике противоперегрузочных кресел. Станция пересекала курс, пришлось делать огромную петлю, но автомат точно привел Диск в место встречи. Нагнав станцию, пилот включил ручное управление и пошел следом, немного в стороне от нее, чтобы не попасть в створ сигналов, которые связывали станцию с местом запуска, откуда направляли ее полет.
Станция развернула решетки солнечных батарей. Штурман услышал, как она передала свое первое сообщение.
Автомат-переводчик принял радио с Третьей Планеты. И стало известно, кто запустил станцию, куда она направляется и что от нее ждут.
— Это не к нам, — сказал штурман пилоту. — Это на другую Планету.
