Глаза её были закрыты. Очки она сняла.
Осмотревшись, Билли обнаружил их на столике рядом с лампой, между диваном и входной дверью.
И с ним тоже порядочек. Он едва переводил дух, сердце грохотало, как барабан, а ещё жутко хотелось в туалет.
Но это был его шанс.
Он выполз из-под стола и, так и не поднимаясь с четверенек и не отрывая взгляда от Агнес, прополз в гостиную.
У Билли взыграла фантазия.
Он замер и посмотрел на Агнес.
Её глаза так и оставались закрытыми. Челюсть отвисла. Подбородок напоминал кусок сырого теста, в который кто-то напихал мячей для гольфа. Ворот кофты плавно опускался и поднимался, колыхаемый дыханием.
Но он не мог быть в этом уверен, как не мог быть уверен в том, что она не оставила дверь открытой.
Если бы только она захрапела.
Огромным усилием Билли всё же заставил себя ползти дальше. Он был уже на полпути к двери, как вдруг паркетная доска под коленом издала противный скрип. Он весь съёжился и посмотрел на Агнес. Её рука соскользнула с живота и свесилась с края дивана. Билли поспешил вперёд, понимая, что она вот-вот может проснуться и молил Бога помочь ему миновать диван прежде, чем она откроет глаза.
Сердце его ушло в пятки, когда она что-то пробормотала.
Но глаза её так и оставались закрытыми.
Наконец, раздутая рука полностью перегородила Билли обзор. Он немного замедлился и пополз в направлении настольной лампы.
Практически поравнявшись с входной дверью, он повернул направо и пополз к ней.
Не сводя глаз с замка.
У него была такая продолговатая щеколда, которую следовало поворачивать большим и указательным пальцами. Определить на глазок, закрыт он или нет, было невозможно.
Билли должен был попробовать ручку.
Опираясь на пол левой рукою, правой он потянулся к ручке.
Пальцы Билли дёрнулись, словно по руке прошёл спазм. Он сомкнул их на дверной ручке. Ручка загремела и он услышал, будто со стороны, собственный тихий стон.
Затаив дыхание, он повернул ручку.
И толкнул.
Дверь не поддалась.
Оказавшись за столом, Билли поднялся на ноги и прижал руку к груди. Сердце колотилось, как бешеное.
Он взглянул на Агнес — как ни в чём не бывало дрыхнущую.
Он чувствовал, как рот растягивает улыбка.
Осторожно, на цыпочках он начал пробираться в спальню, надеясь, что Рич проснулся и может послушать о его подвигах.
Билли проснулся в темноте, в ужасе, струйка мочи бежит по ноге, дверь сотрясается от мощных ударов, а Рич верещит.
В дверь забарабанили сильнее. Она приоткрылась, слегка сдвинув по ковру стул, подпиравший её ручку.
— Мальчики! — завопил папа.
Билли никогда не слышал, чтобы в его голосе звучал такой ужас.
— Мальчики! Что здесь происходит?!
Билли соскочил с кровати и бросился к двери, чувствуя, как мокрая от мочи штанина липнет к паху и левой ноге. Он оттащил подпиравший ручку стул и отступил назад.
Папа ворвался в комнату и щёлкнул выключателем. Он был весь запыхавшийся, с вытаращенными глазами, каким-то бешеным взглядом он смотрел то на Билли, то на Рича.
— С ними всё в порядке! — крикнул он через плечо.
— Слава Богу! — всхлипывая, в комнату вошла мама.
— Что тут у вас стряслось? — спросил папа. — Боже милостивый! Где няня? Почему дверь заблокирована? Что происходит?
— Эта Агнес просто ужасна, — ляпнул Билли.
— Ну и где она? Как она могла просто так взять и уйти, оставив вас одних? Какого чёрта?!
Билли заметил, что мама держит в руках очки Агнес.
— Мы вернулись домой, — продолжал папа, — а эта чёртова няня куда-то ушла и входная дверь — нараспашку! Что за чертовщина?
— Полоумный Стэн утащил её, — прохныкал Рич сквозь рыдания. — Боже мой! Она открыла дверь, думая, что он придёт за нами, а он… — он захлебнулся слезами, не в силах говорить дальше.
Билли посмотрел на родителей и покачал головой. Он решил, что ни за что не расскажет, кто на самом деле отпёр дверь.
