Ужасно обгоревший, насквозь вымокший Пепе, шатаясь, шел по проходу под струями воды. От тела его валил пар, в вытянутой руке он сжимал полуавтоматический пистолет. Джек не рассчитывал, что у Эквадора может быть запасной ствол. Черт! Он не рассчитывал, что Пепе вообще будет способен на что-то большее, чем посветить недолго живым факелом. Автоматическая система пожаротушения спасла ему жизнь.
Бандит двигался в жутком молчании. Ему и не требовалось слов — в его взгляде читалась жажда убийства. А Джек оказался загнан в угол.
Пепе выстрелил, и пуля угодила в прилавок в шести дюймах от скорчившегося Джека, обдав его дождем из щепок.
Да, он в ловушке. Теперь надо как-то спасать шкуру. Но как? В этих чертовых игрушках обычно бывает по десять патронов.
Высунув на мгновение голову, он увидел, что Пепе, пускай с трудом, но приблизился еще на пару метров. Джек хотел уже снова спрятаться, но в этот момент за спиной Эквадора мелькнуло желто-зеленое пятно.
Сколько Джек знал Лоретту, никогда бы не подумал, что она может демонстрировать такую резвость. Держа обеими руками над головой галлоновый контейнер мороженого, она атаковала бандита сзади. Если бы не шум льющейся из спринклеров воды, возможно, Пепе и услышал бы, как подкрадывается его судьба, а так он пребывал в полном неведении до тех пор, пока контейнер со смачным звуком не соприкоснулся с его темечком.
С выпученными от неожиданности и боли глазами Пепе повалился на пол лицом вниз. «Хорошая штука это мороженое», — отметил про себя Джек. Не выпуская из рук контейнер, Лоретта бросилась на врага. Буквально бросилась — приземлилась коленями на хребет оглушенного бандита. С противным хрустом сломались ребра, изо рта Пепе вырвался протяжный предсмертный стон.
Но Лоретта на этом не успокоилась. Громко крича, она молотила поверженного противника ледяным контейнером по голове и по шее, произнося при этом в такт ударам:
— Теперь ты никогда больше не приставишь пушку к моей голове, отморозок хренов!
Тут к ней подошел Джек и коснулся ее руки.
— Мне кажется, он все понял.
Лоретта посмотрела сначала на Джека, потом на Пепе. Бандит лежал, уткнувшись лицом в пол, с неестественно вывернутой головой и не дышал.
— Уверена, ты прав, — кивнула Лоретта.
Джек помог ей подняться на ноги и легонько подтолкнул к двери.
— Идем!
Но и это было еще не все. Лоретта повернулась и пнула Пепе под ребра.
— Предупреждала ведь тебя, что я сучка!
— Лоретта, уходим!
Они поспешили к выходу.
— Джек, мы в расчете?
— Ага. Один-один.
— Слушай, я говорила тебе, что у меня поганое настроение?
— Говорила. Знаешь, Лоретта, иногда поганое настроение может быть очень кстати.
Ещё один рассказ о Наладчике Джеке, в котором появляется Майкл Квинн — герой другого популярного писателя Хизера Грэма.
Пока они разговаривали, Джек расхаживал по комнате.
Итак, Жюль, последний отпрыск семьи Частейн, был богат. Если частного самолета «Гольфстрим М», доставившего его сюда из Ла-Гуардиа, и «Майбаха» с ливрейным шофером, встретившим его в аэропорту, было недостаточно, чтобы точно сделать такой вывод, то просторный особняк в Новом Орлеане снимал все вопросы.
Ветви поросших мхом дубов, окружавших дом с двух сторон, раскачивал ветер, когда водитель остановил автомобиль перед входом.
— Район Садов, — сказал он.
Мастер Джек не знал, что это значит, но все вокруг говорило об утонченном богатстве, старом времени и медленном изяществе ушедшей эпохи. Джек вполне мог представить, что особняк находится в центре бывшей плантации. Массивные колонны за крыльцом напомнили ему о «Таре» из «Унесенных ветром».[37]
Он провел небольшое расследование, прежде чем согласился приехать на Юг. Оказалось, что Жюль Частейн получил свое состояние самым старомодным способом: он его унаследовал.
И он был знаком со многими людьми. Со знаменитостями. Газетные вырезки и оригинальные фотографии Частейнов с Джорджем У.,[38] Бараком Обамой, Барброй Стрейзанд и Литтл Ричардом — это было круто — висели на стенах вместе с артефактами, собранными со всего света. Квартиру самого Джека тоже украшало немало артефактов, но все они принадлежали к тридцатым или сороковым годам двадцатого века. А здесь имелись вещи постарше пирамид…
«Я мог бы быть под сильным впечатлением», — подумал Мастер.
И впечатление наверняка было бы еще сильнее, если бы хозяин говорил что-то осмысленное.
Джек остановился, чтобы посмотреть в лицо Частейну, сидевшему в кресле, больше напоминавшем трон, — но не бутафорский трон из старого фильма. Тонкие усики, толстые очки, смехотворный шелковый смокинг — хозяин походил на Перси Доветонсилса,[39] который отказался от мартини и перешел на крэк.
