Коп в униформе открыл водительскую дверь. Тони позволил револьверу выпасть из его трясущейся руки. Второй коп нашёл ключ, открывший наручники.
— Ты в порядке? — спросил второй коп девушку.
— Вполне, — сказала она. — В порядке вещей. — Она выбралась из пространства между сиденьями. Она вылезла через заднюю дверь, когда первый коп толкнул Тони на машину и начал его обыскивать.
Пока первый коп искал наручники, ребёнок на улице вдруг закричал:
— Эй, это
— Я бы… — донёсся другой голос.
Коп, обыскивающий Тони, посмотрел на девушку и потряс головой.
—
— Это я, всё в порядке, — сказала девушка.
— Хэнк, взгляни, кто у нас здесь.
— Доусон? — удивлённо произнёс второй коп.
— Доусон? — спросил Тони.
— Именно. Лучший коп.
— Вот невезуха, — пробормотал Тони.
Второй коп рассмеялся.
— Этот идиот не знает о
— Телевидение?
— Да, — сказал второй коп. —
Пока Тони разговаривал со вторым копом, первый коп просил у Доусон автограф.
— Что здесь произошло? — спросил он, когда девушка начала писать своё имя.
— Ну, — сказала она, — мы снимали шоу со скрытой камерой на 42-й Улице. Потом появился этот придурок…
Джойс Уэлтер проснулась в понедельник утром от запаха кофе. Она ненавидела его вкус, но ей нравился его запах. Она слышала шипение и треск жарящегося бекона, пока одевалась. Бекон пах даже лучше, чем кофе. Она не могла ждать, пока дойдёт до кухни.
Она почти не могла ждать.
Как только она расчесала свои спутанные волосы, она увидела журнал, лежащий на её столике —
— Завтрак уже готов, — отец позвал из кухни.
— Сейчас буду, — ответила Джойс, не поднимая глаз.
Несмотря на чудесный запах кофе и бекона, завтрак мог подождать.
Её глаза уставились на страницу 99 и на большие буквы — «ОПАЛОВОЕ КОЛЬЦО[36]» ДЖОЙС УЭЛТЕР.
Над заголовком был абзац, который Джойс столько раз читала за прошедшие два дня, что знала его наизусть. Внизу остывал завтрак. Но Джойс потребовалось время, чтобы прочитать заметку ещё раз.
Джойс усмехнулась отражению в зеркале.
У неё першило в горле так, словно смех оказался в ловушке внутри и пытался выбраться.
— Джойс! — отец позвал её ещё раз.
— Иду!
Джойс отложила журнал и бросила взгляд на яркую красную обложку.
«Очень талантливая», — прошептала она. Затем поспешила на кухню.
Вода кипела на плите. Джойс поприветствовала родителей, когда выключала огонь. Она потянулась за тяжёлую железную сковородку и сняла чайник с дальней конфорки. Кружка с чайным пакетиком внутри ждала на столе. Она добавила кипяток, затем немного молока и ложку сахара. С чаем, приготовленным так, как она любит, она села за стол.
— Ну, — сказал отец, — как нашему знаменитому писателю сегодняшнее утро?
— Прекрасно. Вчера я придумала новый рассказ. Я хочу взяться за него прямо сейчас.
— Тогда, полагаю, у тебя не останется времени сходить со мной в торговый центр, — сказала её мать.
С хмурым лицом Джойс начала подбирать яичницу с беконом с тарелки.
— Не знаю, — пробормотала она. Ей очень хотелось начать писать рассказ. С другой стороны, в торговом центре было два книжных магазина. Ей никогда не нравилось упускать шанс осмотреться в них. — А ты пойдёшь, пап? — спросила она.
Он покачал головой:
— Мне нужно почистить бассейн.
Джойс откусила от яичницы и уставилась на стеклянную раздвижную дверь. Несколько листьев плавали в бассейне.
— Он выглядит не так уж плохо. Почему бы тебе не пойти с нами, а я помогу тебе с бассейном, когда вернёмся?
— Ну… — Мистер Уэлтер, казалось, задумался.