— Простите, что вторгся в ваши владения. — Он говорил с британским акцентом, который почему-то кажется очень смешным, особенно в подгулявшей компании. — Но мы все обсудили и решили, что настал час.
— Час? Что за час?
— Час волшебства! Пора выпустить призрака на волю.
На лице Кайла играла широкая улыбка, а в его голосе — фальшивый акцент.
— Дорогая леди, вы хозяйка дома, вам и достается эта честь. — Он сунул мешок чуть ли не в лицо женщине. — Выпустите же его! — хихикнул он. — Дайте ему свободу!
Фрэн Вэйл не засмеялась. Она завопила и замахала руками, отшвырнув мешок, а потом безвольно упала на подушку. Увидев ее закатившиеся глаза, кто-то сказал:
— Орри, хватит! Смотри, что ты с ней сделал.
Гости столпились у кровати, полные раскаяния; они пытались привести Фрэн в чувства. Кайла оттеснили. Он поискал глазами мешок. Да вот же, в углу. Завладевшая им Сандра сидит на полу и борется с узлом.
— Эй! — сказал Кайл. — Не делай этого.
Сандра уставилась на него так, будто ей было трудно сфокусировать взгляд.
— Слышь, отвали, — проворчала она. — Не наигрался еще? Сам же обещал, что позволишь его развязать, если помогу тебе.
Кайл шагнул к ней, но она выставила навстречу ладонь и недобро сощурилась:
— Не мешай, понял? Вечно лезешь в центр внимания, а теперь еще и с этим чертовым призраком… — Ее пальцы теребили веревку. — Сейчас моя очередь…
Кайл окинул взглядом хлопочущих вокруг миссис Вэйл гостей, а потом расправил плечи и прокричал:
— Почтеннейшая публика! Леди и джентльмены!
Гости обернулись. У миссис Вэйл затрепетали веки.
— Представляю вам чудо века! Поскольку наша хозяйка не в состоянии выпустить призрака, сейчас это сделает Сандра. Я отдаю его вам — невидимого, неосязаемого, приобретенного за огромные деньги у колдуна, который не рискнул держать его у себя! Вуаля!
Он повернулся и простер руку к Сандре. Узел оказался неподатлив, но блондинка была полна мрачной решимости победить. Мешок раскрылся так внезапно, она потеряла равновесие и повалилась вперед, успев хихикнуть, прежде чем ее голова скрылась в джутовых складках.
Зрители откликнулись на это изумленным аханьем, а Кайл расхохотался. И правда смешно: Сандра стоит на коленях, согнувшись в три погибели и засунув голову в мешок.
Но когда она закачалась и упала на бок, всем стало не до смеха.
— Вырубилась, — констатировал кто-то.
Кайл нагнулся и стянул мешок с головы Сандры. Потом заглянул внутрь и увидел, что мешок абсолютно пуст. Ничего в нем нет, кроме черной-пречерной пустоты.
Сквозь туман опьянения донеслись крики ужаса. Будто очнувшись, Кайл переместил взгляд на Сандру. И увидел кость, лишь кое-где прикрытую кровавой кашицей, из которой вверх смотрел единственный глаз.
Лицо Сандры было съедено.
Каждый субботний вечер Тим и Берни отправлялись в бордель погонять шары.
— Он не походил на бордель, — сказал Берни. — По крайней мере, не больше, чем дома, в которых жило большинство из нас. Треклятый особняк взгромоздился так высоко над Беверли Хиллз, что приходилось смотреть вниз, если хотел увидеть имение Кинга Видора. — Старик взглянул на Грега и, извиняясь, взмахнул сигарой. — Прошу прощения, я все время забываю, что мы говорим о 1949 годе. Вы, наверное, об этом человеке никогда не слыхали.
— Кинг Видор. — Грег помолчал. — Он режиссер «Большого парада». А еще фильма «За лесом», где Бэтт Дэйвис[91] говорит «Что за дыра!»[92]. Верно?
— Сколько вам лет? — Берни нацелил на Грега сигару.
— Двадцать шесть.
— А мне семьдесят шесть. — Берни прищурился за очками в роговой оправе. — Где вы слышали о Видоре?
— Там же, где о вас. Я изучаю историю Голливуда.
— И борделей. — Берни сухо рассмеялся и, поджав губы, снова запыхтел сигарой.
— Они тоже часть истории Голливуда, — улыбнулся Грег Колмер. — Только ненаписанная.
— В те дни все обделывали шито-крыто, — закивал Берни, — а если ты не мог держать рот на замке, то Говард Стриклинг быстро его затыкал.
— Не он ли заведовал связями с общественностью на MGM?
— Опять в яблочко. — Сигара Берни удовлетворенно кивнула. — Он тот самый парень, которому принадлежат слова: первый долг специалиста по связям с общественностью — не пускать новости в газеты. — Снова смешок. — Стриклинг знал все. Включая то, куда мы с Тимом ходили погонять шары.
— Неужели это было так важно? В смысле, все эти истории о здешних прожигателях жизни…
— …чистая правда, — закончил Берни. — Думаешь, секс придумала Мадонна или какой-то выпендренистый хакер из Калифорнийского технологического? Так вот знай, в прежние времена у нас всякого хватало. Натуралы, геи, би-, три-. Все, что душе угодно. Ты приносишь лестницу, а мы наряжаем жирафа.
— Тогда почему все делалось тайком?
