Рассказы полностью

А ты думаешь, ты один взбунтовался? Как бы не так. Подобных тебе было великое множество. И они сослужили свою службу в других мирах по всей Вселенной. В мирах, где семена жизни нуждались в выращивании и бережном воспитании. Я выбрал их для решения своих задач, как и тебя. И ты, замечу, всецело преуспел.

— Дай мне продолжить! Надели меня всем необходимым, чтобы помочь им сейчас!

Увы, я не могу.

— Но я имею на это право! Я — их Бог!

Нет, Мок. Ты никогда не был их Богом. Я выбрал тебя, чтобы ты стал их дьяволом.

— Дьявол… — ошарашено пробормотал Мок и погрузился в глубокую медитацию. Он исследовал в голове давно отброшенные вместе с предыдущими воплощениями понятия, затерянные в памяти. Понятия добра и зла, правды и лжи, воплощенные во всех примитивных религиях миллионов примитивных народов.

Бог возник из этих понятий, как и воплощение противоположной силы. И во всех легендах, в каждом из бесчисленных мифов, картина была та же. Бунтарь был низвергнут с небес, чтобы искушать учением, чтобы дать запрещенные знания за определенную плату. Будучи в форме зверя, он прятался в темноте, в Преисподней с ее извечно полыхающими пожарами. И он был этим существом. Сир не лгал. Он был дьяволом.

— Гордыня побудила меня сыграть роль Бога, — сказал он и поник.

У тебя больше нет гордыни. Сейчас ты — сплошь милосердие и сострадание к этим созданиям, потенциальная для них угроза. Возможно, ты даже любишь их.

— Да, — признал Мок, — я чувствую к ним любовь.

Видишь, я не ошибся. С твоей помощью эти существа эволюционировали. Но ты эволюционировал тоже — потеряв гордость и обретя любовь. При этом ты больше не можешь играть роль их Дьявола. Твоя работа здесь выполнена.

— Но что же будет дальше?

Ответ пришел внезапно — не словами, но действием.

Мок больше не был заточен в теле зверя. Он был на корабле. Он парил над землей и смотрел на это существо внизу, на монстра, глодавшего собственный хвост и смотревшего на него выпученными глазами. Сущность Сира перешла к этой твари.

— Теперь, — сообщил Сир, — ради разнообразия ты займешь мое место. То самое, на которое ты некогда так сильно метил. Ты будешь сеять звезды, наводить порядок в хаосе и вести других к созиданию. И все это ты будешь делать с пониманием и любовью.

А что будешь делать ты? — спросил Мок.

— Я, — сообщил зверь, лениво помахивая хвостом, — возьму на себя твою роль и твою ответственность. Видишь ли, я тоже лишен пороков — многое во мне подлежит и доработке, и очистке. Быть может, я уничтожу многое из того, что ты создал здесь. Но, в конце концов, я могу привести их к истинному спасению — неисповедимы мои пути.

И Мок завел небесную машину, в коей ютилась его сущность, велел ей подняться и, подобно огненной колеснице, вознесся к царствам славы, что ждали его там, выше самых высоких звезд, за пределами обозримой Вселенной.

Он бросил прощальный взгляд на Сира. Зверь уверенной походкой спускался с горы. Дьявол входил в Его рукотворное царство.

Мок мало что понимал. Неисповедимы пути мои… Сир был Богом, а теперь стал дьяволом. Мок был дьяволом — а теперь стал Богом. Но он никогда бы не стал Богом, если бы Сир не захотел этого обмена ролями.

Входило ли в намерения Сира взрастить и развить Мока как дьявола, а затем попросту узурпировать его личность?

Если да — в таком случае Сир был истинным дьяволом с самого начала, и Мок был прав, воспротивившись ему — ибо не Сир, а Мок в таком случае был…

…воистину богоподобен.

Или все они — Мок, Сир и другие, даже самые примитивные млекопитающие на этой планете непрестанно играли роль как богов, так и дьяволов?

Такой вопрос, решил Мок, потребовал бы вечность на размышление…

Перевод: Григорий Шокин

Любовь слепа. Справедливость слепа. Удача слепа. Не знаю, искал ли Рэймонд любви или справедливости. Быть может, он обратился ко мне наудачу.

Не знаю, был ли он черным или белым. Я — всего лишь оракул.

Оракулы тоже слепы.

Таких, как Рэймонд, много. Обозленных и готовых к битве. Не важна страна, не важен цвет кожи, не важны жизненные принципы. Правый интернационал, левый интернационал… Оракулы политически индифферентны.