Я решила записать мамины воспоминания о своем детстве, так, как она мне их рассказывала, как я их запомнила, повествуя рассказы от ее лица.
Я надеюсь, что прочитав «Рассказы моей мамы», вы поймете и глубоко прочувствуете и мечты, и жизнь детворы в годы Великой Отечественной войны.
Пережитое время нашего старшего поколения забывать нельзя, даже только потому, чтобы ЭТО не повторилось никогда.
Весенним мартовским днем 1932 года, в тайге, в бараке лесозаготовителей, у семнадцатилетней Агрипины и двадцатитрехлетнего Архипа родилась дочка.
Отец назвал ее Люба. Красивое имя – Любовь, Любушка, Любаша, Любочка. Как не назови, все равно звучит мягко и нежно. Она была первым ребенком у родителей и первенцем в их бараке, поэтому все жители их барака с удовольствием приходили посмотреть и понянчиться с малышкой.
Деревенские хозяйственные работы заканчивались поздней осенью. Зимой молодые колхозники старались поработать в тайге, в артелях заготовителей леса Сибири, чтобы получить наличные деньги и приобрести что-то необходимое в домашнем хозяйстве.
Жили в бараках все вместе: и молодые семейные пары, и парни, и девчата, которые завербовались еще летом на эти работы. Барак был из сосновых бревен, большой и длинный, внутри разделенный досками, не доходящими до потолка, для того, чтобы тепло от печки-буржуйки проходило во все комнатки. Зимой печь топилась почти постоянно. На ней же готовили еду и варили травяной чай, добавляя сухие ягоды, приготовленные с осени и хранившиеся в ситцевых мешочках, развешанными на стене рядом с печкой.
Весной, перед посевными работами, все вернулись домой – в деревню. Заработанные деньги пошли на строительство своего дома и на обзаведение домашним хозяйством. В деревне без своего огорода, покоса, коров, коз, овец и разной птицы, жизнь просто невозможна. Все добывается своим трудом: овощи, мясо, молочко.
Жили «как все» в деревне в конце тридцатых годов. Работали в колхозе, вели домашнее хозяйство, радовались, грустили, ругались, мирились, растили детей, ходили в гости и сами принимали гостей, слушали радио и свято верили, что войны не будет, а если вдруг что не так, то сразу победим, потому, что мощнее и лучше Советского Союза нет страны в мире.
Война пришла неожиданно. Отца забрали на фронт в конце лета 1941 года. Из деревни на фронт ушли все мужчины, пригодные к службе. Колхоз и домашние хозяйства остались на плечах женщин и малолеток.
Обычное детство закончилось. Началось детство военное.
Осенью одна тысяча девятьсот сорок первого года в школу мы пошли поздно. Уже выпал первый октябрьский снег. Все лето мы, ребятишки постарше, которым уже исполнилось 8–12 лет, делали всю домашнюю работу по хозяйству. Мама, ранним утром подоив корову, уходила на работу на колхозное поле. Я отгоняла корову пастуху, такому же мальчишке, который весь день пас за рекой деревенское стадо. Надо было выпустить кур и накормить цыплят, полить грядки и по очереди их пропалывать, чтобы урожай был хороший, чтобы было чем питаться зимой всему семейству. А еще обязательно пропалывать и рыхлить большое картофельное поле. На картофель возлагались большие надежды. «Будет картошка, будет и ложка» – говорили старухи.
Мама приходила поздно, на закате. К ее приходу я уже должна была встретить из стада нашу корову Зорьку, накопать картошку и сварить ее в чугунке. Чаще всего я варила картошку в «мундире», потому, что это проще, да и шкурка тоньше очищалась. Мама доила корову, и мы ужинали картошкой с овощами, парным молоком.
В деревне, с весны и до глубокой осени, нет выходных. Посев и посадки, полив и уход весной и летом, а осенью самая горячая пора – заготовки. Необходимо все, на огороде и полях, убрать во время и сохранить на зиму. Да и зимой в домашнем хозяйстве с животными хватает работы. Начинаются отелы коров, кормление животных, уборка за скотиной, вывоз навоза на поля, уборка снега и его вывоз на поля и огороды, чтобы весенней порой земля больше пропиталась влагой, для лучших всходов будущего урожая.
Все школьники всю осень работали на колхозных полях по 4–5 часов ежедневно. Собирали огурцы, убирали капусту и брюкву, копали картошку, а позже – собирали пшеничные колоски на поле, которые остались после уборки. Завязывали фартуки на поясе «мешочком» и складывали туда колоски с земли, проходя цепочкой от одного края поля до другого. Позже сдавали их по весу приемщику, а он записывал в отдельную тетрадь кто и сколько собрал. Кто собрал больше – хвалили, ну, а кто собрал мало – ругали за нерасторопность.
