Через два дня забили посреди речки четыре бревна, накрыли их щитом и проложили к берегу мостки. Мостки укрепили на брошенных в воду старых автомобильных покрышках. Почистили дно граблями, отгородили досками участок воды от замуления и все… Лови, не хочу!
Первой сидку оценила Петровна:
— Ну, мужики, ну, молодцы! Наконец то есть, где белье полоскать!
— Какое белье?!… — удивился я, — это же для рыбалки, — но вслух не сказал.
Договорились с Петровичем завтра на зорьке испытать наше сооружение.
Не тут то было… Через час со стороны реки послышались крики…
Я бросился на берег. Ко мне бежала жена и кричала, размахивая руками:
— Петровна тонет!!!…
С высокого берега открылась следующая картина. Возле разваленной сидки, по пояс в воде, стояла и причитала Петровна. Рядом с ней выстраивались в ряд, по течению, притопленные белые простыни.
Петрович стоял на мостках и длинной палкой пытался подцепить то ли уплывающее белье, то ли саму Петровну.
В общем, смех и грех!…
Я, как мог, старался их успокоить, что там не глубоко и что ничего страшного не случилось.
В конце концов, Петровна ухватила конец палки, и Петрович вытянул ее на берег.
Перепуганная и по пояс в черной муляке, кляня нашу сидку последними словами, она ушла домой.
Петрович же, ничуть не расстроившись, выловил белье и принялся восстанавливать разрушенное Петровной сооружение.
— Испытание прошло на «отлично»! — балагурил он, — сейчас укреплю столбы, и с утра на рыбалку.
Утром, когда мы с женой прибыли на дачу (ночевали мы дома), он встретил нас счастливой улыбкой и показал с гордостью свой первый улов — четыре карасика величиною с палец.
Я поздравил его с почином и поделился секретами рыбной ловли.
Так Петрович пристрастился к рыбалке.
На следующий день он съездил на рынок и, по моему списку, закупил себе все, что необходимо для начинающего рыболова.
Через неделю Петрович по уловам оставил меня далеко позади. Если поначалу я к его неожиданно проявившемуся пристрастию отнесся снисходительно, с долей юмора, то однажды, вернувшись с дальнего водоема и похваставшись неплохим уловом, я был сражен наповал!… Петрович молча подвел меня к корыту и показал на четырех килограммовых мирно плавающих карася.
Сначала я решил, что это розыгрыш, а карасей он привез с рынка, но когда Петровна в красках описала их рыбалку, я взглянул на Петровича с большим уважением.
Новичкам всегда везет!
Мне искренне жалко тех людей, которым не доводилось встретить рассвет на берегу озера или реки.
Сколько они потеряли!
Ведь время рассвета, когда происходит пробуждение всего живого в природе, — одно из самых замечательных чудес на свете!
Сидишь в лодке и следишь, как постепенно светлеет небо на востоке, как этот розовый свет начинает разливаться по воде, отражающий и прибрежный лес, и причудливой формы облака, и светящуюся еще луну.
Вот в зарослях камыша раздался всплеск, и поплыли по поверхности воды круги. Вот вся вода покрылась ими — малыми и большими.
А вот из зарослей тростника выплывает стайка шустрых утят, они играют, перегоняя друг друга, и даже не обращают на тебя никакого внимания.
Вот подлетает к тебе камышевка и, усевшись на свесившуюся над водой ветку ивы, с терпеливым любопытством заглядывает тебе в глаза.
Поднявшись с огромной сосны, красавец ястреб чертит в воздухе огромные круги, забираясь все выше и выше…
Совсем близко от лодки на поверхности возникли цепочки пузырьков — подошел лещ или карп. Сейчас начнется клев…
И такая радость входит в душу, заполняя ее до краев.
Эти мгновения остаются в памяти на всю жизнь.
Вы когда-нибудь переживали такое мгновение, когда на ваш крючок «сел» карп?
Переживали?
Если нет, обязательно переживите, а тогда вам захочется это мгновение пережить еще раз.
До боли, до ярости, до крика захочется.
Представьте себе такую картину. Чуть свет, а вы уже сидите на ставке. Слева от вас загорается небо. Солнце поднимается…
В руках у вас удилище. Леска у вас — отличнейший «японец» чуть ли не в миллиметр толщиной, крючок — двойной крепости, высшей закалки, кованый, с тонким острым жалом, а на крючке — кусочек картошки, сваренной точно так, как любит карп: не мягко, не твердо, а в самый раз.
Вы смотрите на поплавок так, как даже не смотрели на свою невесту, когда еще были женихом: с таким вниманием… с таким ожиданием! И внезапно поплавок — дерг! А у вас сердце — скок! И вот ваш поплавок поехал-поехал и исчез. Когда начинает поплавок ехать, у вас из-под сердца что-то холодное тоже едет куда-то вниз. И вы чувствуете, что это холодное ударяет в пятки. И вашим пяткам холодно.
Вы за удилище — ррраз! Подсекли! И чувствуете, что в руках у вас что-то трепещет! И видите, что ваша знаменитая леска натянута, как струна, а удилище выгнуто в дугу и дрожит. Есть! Ой, карп! Ходит кругами! Вы его понемногу ведете к лодке… Удилище с леской ходит туда, ходит сюда.
