– Покупать мы ничего не будем, – сказала Габи. – Просто посмотрим.
Как ни странно, это была чистая правда.
Перед входом в галерею Габи сказала:
– Поймать кого-нибудь легче всего в отделе косметики. Там полно всякой мелочи, которую без проблем можно спрятать в сумке.
Франц опять пробормотал только: «Ага».
Отдел косметики был на первом этаже, прямо у входа. Габи потянула Франца вдоль стеллажей, где стояли коробочки с кремами и тенями для век, тюбики губной помады, бутылочки лака для ногтей, флакончики духов и банки с солью для ванн.
Наконец они добрались до широкой колонны.
– Здесь мы устроим засаду, – прошептала Габи Францу.
Они спрятались за колонной. Франц выглядывал с одной стороны, Габи – с другой. Через полтора часа, когда Франц все ноги себе отстоял, раздался голос из громкоговорителя. Он объявил, что уже почти восемнадцать часов и до закрытия торгового центра остаётся три минуты.
– Главное качество сыщика – терпение, – сказала Габи по дороге домой. – Завтра мы наверняка кого-нибудь поймаем!
Франц подумал: «Хорошо бы до завтра она забыла про эту детективную скукотищу и завела себе другое хобби!»
Но надеялся он зря. На следующий день снова пришлось отправиться с Габи в магазин. И снова они прятались за колонной в отделе косметики. Каждые несколько минут Габи начинала кого-нибудь подозревать. Но всякий раз подозрение оказывалось ложным. Все «подозреваемые» дисциплинированно шли к кассе и платили за выбранный товар.
Вечером Франц был злой-презлой. Мама, конечно, это заметила.
– Опять Габи обидела? – спросила она.
Франц покачал головой и рассказал, чем они с Габи занимались два последних дня.
– Такую ерунду только Габи может придумать, – рассердилась мама. И собралась пойти к соседям, чтобы всё сказать Габиной маме. Но Франц попросил её этого не делать, если она не хочет осложнить ему жизнь.
И мама с ним согласилась.
– Только завтра сам скажи Габи, что ты больше не хочешь ловить воров, – сказала она. – Обещаешь?
Франц пообещал.
Но на следующий день Франц опять пошёл с Габи в магазин. На этот раз не в отдел косметики, а в отдел сумок. Потому что Габи утверждала, что сумочку украсть даже легче, чем помаду. Просто идёшь в магазин без сумочки, берёшь там ту, которая понравилась, и уходишь. Никто и не заметит, что она не твоя!
К сожалению, в сумочном отделе не было толстой колонны, за которой можно спрятаться. Так что Франц и Габи просто прохаживались туда-сюда, зорким глазом выглядывая покупательниц-воровок.
Но у всех тётенек сумочки были с собой, а те, которые брали сумки с полок, шли с ними к кассе и платили.
По дороге домой Габи сказала:
– Мы неправильно подошли к делу!
– Почему это – мы? – возмутился Франц.
Габи пропустила его слова мимо ушей и продолжала:
– Воры больше любят красть очень дорогие вещи. Завтра будем их подстерегать в ювелирном отделе!
Вечером Франц изо всех сил старался не показать, что опять очень сердит. А когда мама спросила, что он делал после обеда, ответил:
– Ничего! День был ужасно скучный.
И это было правдой.
– Всё лучше, чем часами простаивать в магазине, – сказала мама в утешение.
Врать маме Франц не любит. «Но держать язык за зубами, – сказал он себе, – это не враньё».
На четвёртый день Габи и Франц ловили вора в ювелирном отделе, снова спрятавшись за широкой колонной. И вдруг кто-то их схватил!
Позади них стоял маленький худой мужчина с усами. Одной рукой он держал Франца за воротник, другой – Габи за руку.
– А ну, пошли! – прорычал усач и потащил Габи и Франца в комнату, на двери которой было написано «Служебное помещение».
Он захлопнул дверь, уселся за письменный стол и погрозил пальцем.
– Я уже несколько дней за вами наблюдаю, – сказал усач. – Пока вы ещё не решились что-нибудь стащить! А чтоб и не вздумали пробовать, объявляю вам категорический запрет на вход в наш универмаг! Чтоб я вас здесь больше никогда не видел!
– Но мы… мы… мы же… просто хотели…
Голос у Габи стал таким же писклявым, как у Франца, когда он сильно волнуется.
А Франц от ужаса вообще не мог выдавить из себя ни звука.
– Радуйтесь, что я ничего не сообщаю вашим родителям и в вашу школу! – сказал усач. – А теперь убирайтесь, и пусть это послужит вам уроком! Знайте: детектив торгового центра видит всё!
Франц и Габи вывалились в коридор. У Франца лицо было белым как снег, у Габи – красным как помидор.
Схватив Франца за руку, Габи скатилась вниз по лестнице, словно за ними гналась стая диких собак.
Только на перекрёстке перед универмагом она остановилась и простонала:
– Он принял нас за воров!
Франц не ответил. Он всё ещё не мог произнести ни слова. Немой как рыба, он тащился вслед за Габи домой.
И поклялся себе, что никогда и никому, даже маме, даже перед смертью, ни единого слова не скажет про этот ужасный день! Ему хотелось как можно скорее забыть и магазинного детектива, и всё, что произошло в его кабинете.
Но одно крошечное утешение у Франца всё-таки было: уж теперь с Габиными играми в сыщиков наверняка покончено!
