Грегори кивнул, взял в руки стоявшую на краю доски белую, неожиданно легкую глыбу и удивился, заметив отливку босой стопы, - длинной, худой, с широко расставленными пальцами. Местами гипс вспучивался грибообразными вздутиями.
- Нет, благодарю, не сейчас. - Грегори отложил отливку и вышел, провожаемый несколько изумленным взглядом Томаса, который расстегивал заляпанный гипсом халат. Уже в коридоре Грегори остановился и спросил через плечо: - Доктор у себя?
- Был с минуту назад. Возможно, уже ушел, точно не знаю.
Пройдя до конца коридора, Грегори без стука открыл двойные двери. На столе перед зашторенным окном горели маленькие лампы, дающие свет микроскопам. В пробирках и бутылях на полке поблескивали разноцветные растворы. Серенсена не было, только молодой доктор Кинг сидел за столом и писал.
- Добрый вечер. Серенсена нет? - спросил Грегори и, не дожидаясь ответа, засыпал Кинга новыми вопросами: - Вы не знаете, что с этим котом? Серенсен его исследовал?
- Кот? Ах, кот!
Кинг поднялся.
- Этим ведь занимался я. Серенсена нет, он ушел. Сказал, что у него нет времени, - произнес он с многозначительной интонацией, которая как нельзя лучше свидетельствовала о его преданности своему начальнику. - Вот здесь. Хотите взглянуть?
Он распахнул маленькую дверцу в углу и зажег верхний свет. В узкой клетушке стоял лишь деревянный стол, заляпанный реактивами, в пятнах грязи и ржавчины. Грегори взглянул через дверь на лежавшую на нем распятую окровавленную тушку и попятился.
- Чего мне осматривать, - сказал он, - я в этом деле не понимаю. Итак, что вы обнаружили, доктор?
- Ну, в принципе... Я не ветеринар, - начал Кинг, слегка выпрямившись. Машинально он коснулся ряда ручек и карандашей, торчавших из верхнего кармана его сюртука.
- Да, да, я знаю, но я специально просил, проволочка нежелательна. Итак, доктор, как вы думаете, почему этот кот сдох?
- Он сдох от голода. Взгляните, какой он тощий. Вдобавок он, видимо, здорово промерз.
- Как это?..
Кинга, неизвестно почему, разозлило недоумение Грегори.
- А чего вы ждали? Яда? Нет, нет. Ручаюсь вам, что нет. Кто бы стал его травить? Пробу на мышьяк я тоже делал, только у него в кишках вообще ничего не было. Почему вы так разочарованы?
- Да нет. Вы правы. Разумеется. Ничего другого... - говорил Грегори, бессмысленно глядя на разложенные под краном инструменты. Там среди пинцетов лежал скальпель с прилипшим к острию клочком шерсти.
- Простите. То есть спасибо. Спокойной ночи.
В коридоре он повернулся и пошел обратно. Доктор Кинг уже сидел над своими бумагами.
- Простите, доктор... это был молодой котик?
- Какое там! Старый, только маленький. Такая порода.
Грегори чувствовал, что ничего нового не узнает, но продолжал спрашивать, держась за дверную ручку:
- Стало быть... другие причины смерти вы исключаете? Я имею в виду... какие-то необычные?..
- Что это значит? Какие, по вашему мнению, существуют необычные причины?
- Ну, может, какая-то редкая болезнь... ах нет, собственно, вы уже мне об этом сказали, я болтаю глупости. Простите, - отрывисто бросил он, ибо в прищуренных глазах Кинга уловил явную иронию.
Грегори прикрыл двери с истинным облегчением. С минуту постоял возле них, пока не услышал легкое насвистывание Кинга. "Это я привел его в такое хорошее настроение, - подумал он. - С меня достаточно".
Грегори сбежал вниз по лестнице.
В здании зажгли электрическое освещение, на улице был ранний вечер. Сильный южный ветер подсушивал тротуары. Грегори шел и насвистывал, ловя себя на том, что повторяет мелодию, которую исполнял Кинг. Он сжал губы. Перед ним на расстоянии нескольких шагов шла женщина. На спине у нее виднелось какое-то пятнышко, похожее на приставшую пушинку или клочок ваты. Обгоняя ее, он поднес руку к шляпе и уже почти открыл рот, чтобы сообщить ей об этом, однако промолчал, снова сунул руку в карман и прибавил шагу. Только минуту спустя он понял, почему ничего ей не сказал. У нее был острый, некрасивый нос. "Какой ерундой я забиваю себе голову", с раздражением подумал Грегори.
Он спустился в метро и первым поездом отправился на север. Стоя у стены, просматривал газету и поверх нее машинально отмечал названия станций, проносившихся за окнами. Он сошел на Вудел Хиллз. Поезд укатил, наполнив грохотом туннель. Грегори вошел в приоткрытую кабину телефона-автомата и открыл телефонный справочник. Внимательно стал водить пальцем вдоль колонки фамилий, пока не нашел: "Сисс Харви, доктор философии, магистр гуманитарных наук, Бриджуотер, 876951". Он осторожно снял трубку, набрал номер, затем притворил дверь и стал ждать. С минуту слышны были лишь ровные гудки, потом - короткий щелчок и женский голос.
- Слушаю?
- Доктор Сисс дома?
- Его нет. Кто говорит?
- Грегори из Скотленд-Ярда.
Наступила краткая пауза, женщина, похоже, колебалась. Он слышал ее дыхание.
- Доктор будет через четверть часа.
- Через четверть часа? - оживленно повторил он.
- Вероятно. Передать, что вы звонили?
- Нет, благодарю. Я, возможно...
Не закончив фразы, он повесил трубку и стал рассматривать собственную руку, лежавшую на телефонном справочнике.
