Рассвет полностью

– А убийство ребенка – неразумно. – Она прикоснулась к своему огромному животу и едва слышно прошептала: – Я его не убью.

У меня опять задрожали руки.

– О, так я не в курсе последних новостей! Значит, у вас мальчик-крепыш, да? Знал бы, захватил бы голубые шарики.

Белла порозовела и стала такой красивой… прямо нож по сердцу. Зазубренный нож, старый и ржавый.

Я ее потеряю. Опять.

– Ну, вообще-то я не знаю, мальчик это или девочка, – робко проговорила она. – Ультразвук ничего не показывает. Мембрана вокруг ребенка ужасно твердая – как Вампирская кожа. Так что пока это маленькая тайна. Но я все время представляю себе мальчика.

– Там не очаровательный малыш сидит, Белла.

– Еще посмотрим, – ответила она, чуть ли не усмехаясь.

– Ты уже не посмотришь! – рявкнул я.

– Не будь таким пессимистом, Джейкоб. Шанс выжить у меня точно есть.

Я не смог ответить, только опустил глаза и медленно перевел дух, чтобы справиться с гневом.

– Джейк, – сказала Белла, погладив меня по щеке и волосам, – все будет хорошо. Честное слово. Ш-ш…

– Не будет, – буркнул я, не поднимая головы.

Она стерла что-то мокрое с моей щеки.

– Ш-ш…

– Ради чего ты это делаешь, Белла? – Я не сводил глаз с бледного ковра на полу – мои босые ноги оставили на нем грязные разводы. Круто. – Я думал, больше всего на свете тебе нужен этот вампир. А теперь ты так запросто от него отказываешься? Бред какой-то. С каких пор тебе позарез хочется стать мамашей? И раз уж ты так этого хотела, зачем вышла за вампира?

Я был опасно близок к предложению, о котором просил меня Эдвард. Слова сами вели меня в этом направлении.

Белла вздохнула.

– Нет, все не так. Я не то что бы очень хотела стать мамой. Я даже не думала об этом. Дело не просто в ребенке, а… ну… в этом ребенке.

– Он убийца, Белла. Посмотри на себя.

– Нет! Просто я слабая, я человек. Но я обязательно справлюсь, Джейк, обещаю…

– Ой, да хватит! Заткнись, Белла. Можешь родить своему кровопийце эту тварь, но меня не обманешь. Ты прекрасно знаешь, что тебя ждет смерть.

Она смерила меня злым взглядом.

– Не знаю\ Хотя и волнуюсь, конечно.

– Волнуется она! – процедил я.

Тут Белла охнула и схватилась за живот. Моя ярость сразу исчезла, будто свет выключили.

– Все хорошо, – задыхаясь, выдавила Белла. – Не бойся.

Я ее не слышал; она случайно стянула футболку на бок, и я в ужасе уставился на ее живот. Он словно был покрыт огромными кляксами темно-фиолетовых чернил. Белла увидела мой взгляд и тут же прикрыла живот футболкой.

– Просто он очень сильный! – воскликнула она.

Кляксы были синяками.

Я чуть не подавился, вспомнив слова Эдварда о том, что оно причиняет ей боль. От ужаса я сам немного спятил.

– Белла.

Она услышала перемену в моем голосе и подняла на меня смущенный взгляд.

– Белла, не делай этого.

– Джейк…

– Послушай меня. Не надо перебивать, хорошо? Просто выслушай. А что если?..

– Что?

– Что если не зацикливаться на этом? Что если ты послушаешься Карлайла и выживешь?

– Я не…

– Я еще не договорил. Допустим, ты выживешь. Тогда можно начать все сначала. Тут не получилось, так попробуй еще разок!

Белла нахмурилась и потрогала место соединения моих бровей. Несколько секунд она разглаживала мой лоб, о чем-то думая.

– Не понимаю… Что значит «попробуешь еще разок»? Любой ребенок от…

– Да, – перебил ее я. – Любой ребенок от него будет таким же.

На ее уставшем лице еще сильнее проступила растерянность.

– Что?

Ответить я был не в силах. Какой в этом толк? Я никогда не смогу спасти ее от самой себя. И никогда не мог.

Белла заморгала – видимо, все поняла.

– О… Ты что, Джейкоб? Думаешь, я убью этого ребенка и заменю обычным? Искусственное осеменение? – Она не на шутку разозлилась. – А зачем мне ребенок от чужого человека? По-твоему, нет никакой разницы? Любой сойдет?

– Я не чужого имел в виду, – пробормотал я.

Белла наклонилась ближе.

– Что ты хочешь сказать?

– Неважно, Белла.

Она подозрительно нахмурилась.

– Это он попросил тебя об этом?

Я помедлил, удивившись ее сообразительности.

– Нет.

– Конечно, он!

– Нет, правда. Ничего про искусственное осеменение он не говорил.

Ее лицо разгладилось, она утомленно откинулась на подушки и, не глядя на меня, промолвила:

– Ради меня он готов на все, а я причиняю ему такую боль… Но о чем он думал? Что я променяю этого малыша… – Белла погладила живот. – …на чужого… – Последние слова я не разобрал, а потом она умолкла. У нее в глазах стояли слезы.

– Необязательно причинять ему боль, – шепнул я. От этих слов у меня во рту жгло, как от яда, однако я понимал, что так мне, возможно, удастся ее спасти. Хотя шансы все равно тысяча к одному. – Ты можешь его осчастливить, Белла. По-моему, он в самом деле сходит с ума. Честное слово.

Она будто и не слушала меня, только покусывала губу и гладила свой побитый живот. Так продолжалось несколько минут. Интересно, Каллены далеко? Слышат ли они мои жалкие попытки образумить Беллу?

– Не от чужого, говоришь? – пробормотала Белла. Я вздрогнул. – Что именно тебе сказал Эдвард?

– Ничего. Он надеялся, что ты меня выслушаешь.

– Не об этом. О втором ребенке.

Она испытующе посмотрела мне в глаза, и я понял, что сболтнул лишнее.