Да, перед ним во плоти и крови стоял сам правитель великой и могучей Нехемской империи - государства расширившего свои границы более чем на треть огромного континента и, пожалуй, самого влиятельного на мировой политической арене в настоящее время. Чуть позади Императора располагалось двое гвардейцев Его величества. Воины-маги, натасканные на битву, "цепные псы Императора" - именно так их называли за глаза, конечно, больше из зависти, поскольку они могли как в составе группы, так и в одиночку противостоять целым батальонам противников и не важно, были ли там маги или чистой воды рубаки. Казалось, что отдай им приказ на уничтожение, и прямо здесь и сейчас они положат всех в этом зале, да так что никто даже пикнуть не успеет. Виновник торжества почувствовал, как легкий холодок пробежал по его спине. От всеохватывающих и пронзительных взглядов гвардейцев Его величества не могло укрыться ни одно действие вызывающее подозрение.
- Смелее мэтр Айвен. - Император мягко улыбнулся, внезапно застывшему на месте молодому человеку: - Ведь я уже могу называть вас мэтром?
- Ваше величество! - Айвен отсалютовал Императору, вытянувшись в струнку и прижав правую руку к груди.
- Подойди ближе! Награждение лучшего выпускника Имперской магической академии должно быть особенным, верно? - Он вскинул руку, и оркестр в нише заиграл имперский гимн.
Айвен мысленно стукнул себя по лбу, у него совсем вылетело из головы, что за прошедшие шестьдесят шесть лет, с момента основания Академии, правом на досрочную сдачу выпускной работы воспользовались всего девять раз. Шесть из которых закончились провалом и соответственно смертью испытуемого. История Имперской магической Академии преподавалась на далеком первом круге обучения, и Айвен уже успел ее порядком подзабыть, но сейчас эти лекции отчетливо всплыли в его памяти. Конечно же, имена всей троицы, досрочно закончившей обучение, оказались навечно вписаны в историю этой школы, а теперь еще и он не просто присоединится к ним, но и столкнет с пьедестала почета маркиза Брайзена де Росса, чей результат, полученный около двадцати лет назад и до этого считавшийся самым лучшим, ему удалось обойти ровно на целый год. На третье место теперь спускалась герцогиня Хелена фон Хауфман, а на четвертом оказывался некто мэтр Ланстер Ульд. Имя последнего Айвену не говорило ровным счетом ничего, а вот первые двое в настоящий момент были действующие члены Совета шестнадцати.
О запредельной магической мощи, которую обретает Император после коронации, ходили легенды, но то что чувствовал сейчас Айвен не шло ни в какое сравнение с когда либо слышанными рассказами и описаниями. Аура силы и власти, исходившая от этого человека (да и человека ли?) просто ошеломляла, хотелось упасть на колени и всецело отдаться на волю этого божества. Он уже было начал склонять голову. Стоп! Это же очередной тест, проверка, выдержу ли присутствие такой силы (нет силищи!) рядом с собой?! - в голове мелькнула крамольная мысль. Айвен максимально возможно притупил свои магические ощущения и, собрав остатки воли в кулак, двинулся навстречу Императору, гордо вскинув голову. Через мгновение оркестр стих, а молодой человек остановился возле небольшого каменно постамента и возложил на него левую руку.
- Клянешься ли ты, Айвен Дайгон, служить Империи верой и правдой, защищать ее подданных и использовать вверенный тебе дар во имя отечества? - первый пункт текста присяги мага, как впрочем, и все остальные, Айвен знал наизусть, но в устах Императора они приобретали особый оттенок.
- Клянусь! - отчеканил молодой человек и заметил в углах губ Его величества промелькнувшую легкую улыбку.
А может быть, ему просто показалось? Ибо в следующей момент Император был снова серьезен и продолжил принимать присягу у молодого мага, только начинающего свой путь служения великой державе. После произнесения последней клятвы, вновь заиграл оркестр, продолжая возносить хвалу Империи и подчеркивая торжество момента. Айвен протянул вперед правую руку. С другой стороны к Его величеству подошел Магистр Истины - ректор магической Академии. Обычно именно ему доставалась подобная честь - вручения знаков отличия, но сейчас была отведена лишь скромная роль хранителя, в руках которого на подушке обшитой красным бархатом красовались перстень с изображением мантикоры - герба Империи и, выведенной на магическом алфавите, цифрой пять, а также медальон на тонкой золотой цепочке с зеркально чистой поверхностью.
