Управляющий растворился в полумраке пещеры. Окруженный нескончаемым звоном и скрипом, Рершер зашагал к инструментарному центру. Небольшое строение протянулось в одной из каменных стен, обставленное заборами и крохотными светодиодами. Через весь карьер пришлось пройти до входной будки, минуя датчики газовых выбросов, буровые установки и толпы сотрудников, исполнявших свой долг.
В жёлто-рыжем полусвете не было больше ни души. Рершер ступил к полукруглой двери, моментально впустившей знакомое лицо в крохотный центр.
— Давно не видел тебя, — низенькая фигура среди витиеватых полок двинулась к вошедшему. — Разве ты не умер?
— Всего лишь прохожу этап восстановления.
Следом за грохотом опустившейся двери рухнула давящая тишина. Под белым светом два человека взглянули друг на друга.
— Если тебе что-то нужно, то сперва иди к Флациону, — собеседник Рершера отполз к одной из оплетавших здание труб, ухватив механической рукой рудный детектор. — Без его дозволения я не смогу что-то выдать.
— Зацим, у меня есть дозволение.
— Как? — мелкая фигура его выкатилась из глубинки склада. — Не могу поверить.
— Мне прошение предоставил один из высших обследователей, доктор Орайним. Нужны два защитных костюма высшего ранга.
— Высшего? — серое лицо Зацима скривилось в странной гримасе. — В такое верится с большим трудом.
— Я могу показать дозволение, оно как раз поступило от йодимьяра.
— Тогда, — он провёл ладонью с полусферой над устройством в руке Рершера. — И правда. Будь благодарен этому доктору. Это вне рамок его долга.
— Почему? Они же обязаны спасать жизни.
— Конечно, — Зацим отвёл глаза к проекционному экрану, на котором тут же стал что-то перебирать. — Однако, костюм этот нужен для защиты твоей жены, разве нет? Никто не должен выдавать его, по закону — нет.
— И всё же йодимьяр Флацион уступил, позволив забрать пару штук.
— У него не было выбора. Закон Империи обязует выполнять каждому свой долг, а также, — он умолк на мгновение, окинув взором сотни мелких и крупных полок, забитых инструментами, костюмами, минералами и камнями. — Закон запрещает препятствовать исполнению чужого долга. И доктор твой указал, что без защиты не сможет проводить осмотры, не сможет исполнять долг. Выйди на свет такое, и Флациона забрали бы гвардейцы, за нарушение имперского закона.
— Ты, как и прежде, весь в данных, правилах. Иногда, кажется, что ты все законы знаешь.
— Увы, Рершер, это не так. Я лишь люблю изучать их, понимать, использовать.
— И при этом взялся за добычу руд, шахты? Почему ты выбрал это своим долгом?
— На нашей планете это самый надёжный путь. Я верно делаю то, что должен. Мои наследники же смогут получить более высокий чин и покинуть Архницоль.
— И ты не думал сам выбраться отсюда?
— Выбраться? Куда? Мы простые труженики, и будто смогли бы оплатить такое. С нашей планеты не летают корабли, не для низших чинов, да и куда, скажи, ты бы подался?
— Вселенная огромна.
— Так быстро выпалил, так уверенно. Жизнь не бесплатна, Рершер. Ты всё никак не отойдёшь от своих фантазий. Нас бы ждали такие же колонии, как эта планета, или того хуже — миры на Фронтовой дуге.
Знакомые слова на миг вогнали Рершера в ступор. Между тем, с потолка поползли несколько металлических рук, протянулись вдоль стеллажей и вытянули сперва один, а затем и второй костюм.
— Вот они.
— Ты знаешь что-нибудь о дуге? — слова сами сорвались с языка.
— Не больше, чем другие. Откуда мне, да и зачем? Хотя, уставы тех территорий я всё же знаю.
— Понятно. Действительно, странный вопрос. Не бери его в голову.
— Тебе следовало бы заняться своей головой, — с этими словами Зацим подал два тяжёлых свёртка. — Возьми их, приди в себя, и используй семью как подобает. У тебя всегда были хорошие показатели, так пора завести детей, подумай о наследии своём. Обсуди это со Звеифель.
— Это я решу сам, — он выхватил костюмы и прижал к себе. — Благодарю за помощь, больше она не нужна.
— Как скажешь. Приходи в себя, налаживай жизнь и возвращайся, мы ждём здесь. Пытаться сделать всё самому также глупо, как пересекать целую галактику — это удел аристократов. Просто оставь мечты наследникам своим.
— Я подумаю, — Рершер ступил в жёлто-серый мрак пещеры, преодолев порог. — Прощай.
Дверь рухнула в свой проём, поглотив ответ. Раздражённый, уставший, но добывший желаемое, Рершер пошёл к подъёму. Среди каменных троп и разломов ему встречались толпы сотрудников, умы которых затянуты были подземным дымом. Из чужих и знакомых лиц он отделил Красшика, но тот и глазом не повёл в сторону старого знакомого. Среди воя пещерных машин они разминулись, будто стремясь никогда не встретиться вновь.
Тёмный лабиринт долгими ходами вывел человека к платформе, что подняла его к жёлтому свету города.
— Значит, дело сделано.
Рершер облегченно вздохнул и, покрепче сжав два свёртка, поспешил к дому. Ему хотелось добраться туда, всё приготовить, сделать. Где-то среди каменных столбов, что здесь называли домами, он желал найти Звеифель. Он знал, что она не потеряна, что всё теперь изменится.
