Я хочу рассказать вам историю о двух далёких влюблённых сердцах. О преградах, кои стеною легли между ними. О великой силе, затаившейся в прошлом. Но эта история не покажется вам знакомой; Порой, дабы обрести нечто большее, нужно отречься от привычного.
Подобногородудревнейшейцивилизации, историяолюбвииободнойреволюциираспахиваетпредвамисвоиврата.
Глава 1
Одинсредивсех
– Байкал… Неужели? – прошептал Тимур Миркаримов, завороженно поднимая глаза.
По вагону прокатились восторженные возгласы. Пассажиры купе вышли в коридор, чтобы лучше разглядеть пейзаж: зелёные склоны гор плавно скатывались к берегам великого озера, простиравшегося куда-то гораздо дальше горизонта. Даже спешивший по коридору проводник остановился и с замиранием сердца прильнул к окну. Потом на пару мгновений в коридоре стало чуть свободнее – пассажиры вернулись к полкам за камерами, чтобы запечатлеть увиденное. Тимур и его сестра Арина фотографировали природу за окном на телефоны, не вставая с мест, ведь с их верхних полок обзор был ничуть не хуже.
– Байкал! Вот и он, родимый! – подал голос отец Тимура, сняв наушники. – Как и говорил, от моря-то с виду и не отличишь! Вот она какая, жемчужина родины нашей! Не думал, что доведётся побывать здесь ещё!
– Да уж. Помню, как-то тоже ездили сюда, на пионерский слёт. Давно-о, – мечтательно произнесла мама Тимура, погладив пухлый живот. – Вот мы-то с тобой видели, а наши оболтусы что? Встали бы хоть, поближе рассмотрели!
– Ну ма-ам, мы на телефон всё сфотали уже! – протянула Арина, свесившись с полки с айфоном в руках, чтобы мама смогла увидеть её.
– Всё вы в телефонах, о натуральной красоте совсем забыли! – чуть нахмурилась мама. – Внуков мне, Боже упаси, тоже по телефону делать будешь?!
– Да ладно, Маш, полно тебе, – с простодушной улыбкой заступился отец. – Новое поколение, им жить. На их гаджетах камеры чётче, чем на фотике твоём.
Мама лишь хмыкнула и уткнулась в любимый томик Льва Толстого, придерживая его на груди мясистыми руками.
***
Вскоре железную дорогу поглотил лес. Пассажиры понемногу привыкли к виду и вернулись на свои места, в вагоне воцарилась прежняя тишина. Папа надел наушники и уставил отвлеченный взгляд в потолок, продолжая вслушиваться в любимые хиты восьмидесятых.
Аришка в это время рисовала в альбоме. Раньше у неё всегда были фломастеры всех цветов, и она выводила пёстрые портреты, придавая блестящие оттенки милым, улыбающимся личикам. Сейчас под её рукой были тусклые карандаши. На листах рождались более детальные силуэты обнявшихся людей. Иногда казалось, что художница, сжимая карандаши и щурясь, вот-вот проронит слезу.
Тимур наблюдал за сестрой скорее от безделья, чем из интереса. Им обоим смертельно наскучила эта поездка. С родителями они общались только во время еды, в остальном же крайне редко из их купе доносилось хоть слово.
***
Над озером, едва пропуская свет, нависали густые серые тучи. Тимур уныло глядел в окно напротив, обнимая подушку. Рядом лежала книга «Отцы и дети», которую мама всучила ему для продуктивного времяпрепровождения, но у парня не было ни сил, ни настроения прочесть и страницу. Он лежал грудью к стене, чтобы казаться читающим под подозрительным взором мамы.
Отодвинув роман Тургенева, Тимур нащупал под ним свой телефон. Смахнув с экрана блокировку, он в который раз понуро вздохнул и прикрыл глаза: связи по-прежнему не было. Ни намёка на мобильный интернет, словно они колесили в самом сердце тайги.
В панели приложений его взгляд уже инстинктивно упал на «Nekto-чат» – самое используемое на устройстве. Махом открыв его, парень попытался обновить данные. Он понимал, что без капли интернета эти попытки тщетны, но вера в то, что показатель связи внезапно заполнит все волны, а вместе с тем придёт хотя бы байт, не покидала его всю поездку. Скрестив пальцы, он умолял приложение прогрузиться.
Диалог по-прежнему загружался, пытаясь скрыть невозможность обновиться.
Тимур прикрыл глаза и упал головой в подушку. Кудрявые волосы легли на веснушчатое лицо. Рыжие крапинки так сливались с волосами, что иногда глаза и рот были слабо заметны на яркой голове. Когда парень вновь взглянул на разблокированный экран, его лицо потускнело от тоски ещё сильнее. Удивительно, что ему удалось долистать до начала диалога, а загрузка всё ещё находилась в застое. Случайно уронив взгляд на первые сообщения, Тимур невольно погрузился в воспоминания.
***
