За час прошли меньше километра. Промокли насквозь. Степа трижды падал в лужу. Ручки посинели, он весь дрожал от холода.
— Мама, мне холодно, укрой меня, — плакала девочка.
Мать сняла с себя шерстяной платок и свитер, кое-как укутала детей.
Ветер дул все сильнее и сильнее. Вместе с дождем начала сыпать снежная крупа. Подмораживало. Мальчик совсем выбился из сил. Пришлось и его взять на руки и нести.
Насквозь промокшая, обессиленная голодом и усталостью, женщина шла, еле передвигая ноги. Не замерзать же в поле…
Дети плакали не умолкая, а она все шла и шла, уже ничего не понимая и не чувствуя, кроме холода и смертельной усталости.
До села добралась уже в сумерках.
Постучала в дверь первого дома и, едва успев произнести: «Пустите», — потеряла сознание.
Хозяйка, женщина лет под сорок, заохала, подняла захлебывающуюся от плача девочку, взяла за руку ее братика, внесла в дом. Потом с трудом втащила лежащую без сознания мать, сняла с нее пальто и растоптанные ботинки, уложила в постель. Дети уже заснули на матрасе, положенном возле теплой печки.
Женщина на минуту очнулась.
— Кто вы и куда идете? — спросила хозяйка.
— К сестре под Мелитополь, — едва слышно прошептала мать.
— Как зовут?
— Мария. Вы детей… — она не договорила и снова потеряла сознание.
На четвертый день она умерла.
— Что же я с вами буду делать, бедные вы мои? — плакала тетя Аня над детьми после похорон. — Куда же я вас дену?.. Не выгонять же вас на улицу…
— Мы с вами будем, тетя… Никогда не будем плакать, не будем шалить. Я буду пол подметать, дрова рубить, — серьезно ответил Степа, еще не осознавая всей трагедии, которая произошла с ними.
— Сиротки вы мои бедные… Да я же сама мать, — причитала тетя Аня. — У меня тоже дочка была, умерла этим летом…
Всю зиму тетя Аня перебивалась с детьми. У нее было немного муки, картошки. А когда все это кончилось — начала выпрашивать у соседей. Для сирот давали кто что мог.
Но весной и сюда пришел голод. И тетя Аня решила пробираться к своим родственникам в Крым. Хорошо, что через село проходила железная дорога: забрались они в пустой товарный вагон и поехали.
Но доехали по железной дороге только до Джанкоя, а дальше пришлось идти пешком.
Шли два дня. Ночевали в селах. На третий день отправились рано утром.
— Теперь уже недалеко, детки, — говорила тетя Аня.
Ярко светило солнце. На голубом небе, как и в мирные времена, плыли кучевые облака. Вдоль полевой дороги волновалась под ветром густая сочная трава.
Увидев впереди деревню, они свернули с дороги и пошли напрямик, чтобы сократить путь.
— Тетя Аня, посмотрите сколько цветов! — закричал Степа и побежал по направлению к деревне. Впереди алели маки.
В этот момент женщина увидела табличку с надписью «Запретная зона. Вход, а также прогон скота строго запрещен!»
— Назад!.. Стёпа, стой, вернись! — закричала она, но мальчик не слышал. Она схватила на руки Нину и бросилась вдогонку. Но не пробежала и пятнадцати метров, как случилось то, чего потом никак не мог объяснить мальчик. Он споткнулся о какой-то провод, протянутый над землей, и упал. В тот же миг раздался оглушительный взрыв.
Когда мальчик очнулся, он не увидел ни тети Ани, ни сестрички, только у его ног лежал Нинин красный ботиночек.
— Нина, где ты?.. — закричал он и вдруг понял, что тетя Аня с Ниной ушли в деревню, а о нем забыли. Видимо, они там едят хлеб с молоком, а он остался здесь голодный.
От такой обиды мальчик заплакал, схватил потерянный сестричкой ботиночек и побежал к домам.
…Оксана Максимовна копалась на своем огороде, когда в запретной зоне, где до войны был аэродром, раздался взрыв. Над зеленым полем поднялись три бурых облачка и вскоре растаяли. А через полчаса она увидела мальчика. Он бежал плача к деревне. Женщина вышла навстречу.
— Ты чей, куда бежишь?
Но мальчик даже не обратил внимания на ее слова.
— Где моя тетя Аня и Ниночка? Они ушли, а меня забыли… — пробормотал он сквозь слезы.
— Тетя Аня не приходила, — ответила Оксана Максимовна, догадавшись, что случилось.
— Тетя Аня к вам пошла и Нина тоже. Она вот ботиночек потеряла.
Мальчик вынул из-за пазухи красный детский ботиночек, и женщина побледнела: он был весь в крови.
Она завела мальчика в дом, накормила, положила спать. А утром соседский парень пробрался в запретную зону, похоронил в воронке останки погибших и принес Оксане Максимовне разорванный рюкзак. В нем она нашла фотографию с оторванным уголком: целая семья — молодая мать с девочкой на руках и мальчик, а от отца только плечо осталось. В рюкзаке среди разного тряпья была и голубая перчатка…
Так Степан и остался жить в этом селе. Оксана Максимовна, которая проводила на фронт мужа и двух сыновей, приклонилась душой к сиротке, полюбила его.
Пока мужа не было дома, Оксане Максимовне нелегко было прокормиться вместе с принятым ребенком, поэтому все село помогало ей растить сиротку, и все стали называть его воспитанником колхоза.
С войны вернулся только муж Оксаны Максимовны — Михаил Фомич. Оба сына погибли на фронте. Маленький Степа стал для Бондарей еще дороже. Они усыновили его и записали на свою фамилию.
