За залом ожиданий была большая приемная, выглядевшая так, словно ее оставили только что. Обстановка была похожа на обстановку кабинета матриарха, только комната была раза в три длиннее. Почти такое же черное мягкое кресло с высокой спинкой, но за ним стоял низенький, но широкий и длинный диванчик наподобие тех, что стоят в зале ожиданий. Кресел было намного больше, чем у матери, и все они стояли рядами. Небольшой светильничек на столе освещал все голубоватым светом. Из-за этого казалось, что сейчас распахнутся двери и в комнату войдет величественный и прекрасный матриарх, подавляющий волю одним своим видом и ощущением могущества. В приемную вело еще трое дверей, кроме той, через которую мы вошли. Две были узкими и скрыты за колоннами по бокам от стола, а одна, двустворчатая и тоже украшенная резьбой и золотом, была прямо за диванчиком. Статуи изображали атар, вооруженных косами и изготовившихся к атаке. Они были настолько прекрасно сделаны, что я сильно засомневался, что их именно высекали из камня. За боковыми дверями оказались проходные помещения с небольшими диванчиками и столиками. Очевидно, здесь во время приема находились атретасы охраны и слуги с едой и напитками. За задней дверью находился большой, крытый прозрачным материалом внутренний дворик, только в длину бывший больше ста метров и в ширину около сорока. Почти всю его площадь занимал большой красивый бассейн. Он был окружен коридором, отделенным от него колоннадой. К сожалению, впечатление от этого портилось разрухой, творящейся тут. Одна, дальняя от нас, прозрачная пластина упала. Она хоть и не разбилась, но, упав, открыла путь странным рукокрылым, чьи высохшие тушки валялись повсюду. Вдобавок эти твари загадили все что могли, и в воздухе из-за этого стоял густой смрад. Две измененные синхронно повели руками, сплетя и активировав магический узел, и воздух начал быстро очищаться от вони. Всего через пару вдохов запахло свежестью. Разочарованно осматривая повреждения, я думал о том, что очистка всего этого займет минимум несколько дней. Это в случае если мать не зажмет слуг, а то даст десяток, и восстановление займет месяц. Плюс ко всему надо срочно восстановить или закрыть каким-то заклятьем крышу, а то эти твари могут и еще раз наведаться. Но это была единственная неприятность – все остальное было выше всех похвал. Огромнейшая спальня матриарха даже пугала своим размером и широченной кроватью, на которой вполне могли поместиться те же двадцать атретасов в ряд, еще и место останется для меня любимого. Было также еще двенадцать спален – я так понял, для личной свиты матриарха. Во всех спальнях были пустые будуары, шкафы и небольшие комнатки для личных вещей, оружия и снаряжения. Также было еще четыре пустых квадратных ступенчатых бассейна размером пятнадцать на пятнадцать шагов, украшенных по периметру обнаженными полупрозрачными статуями атар обоих полов. Библиотека же, не в пример основной, была маленькой – всего десяток невысоких и узких шкафов с вполне обычными книгами. Некоторые из них были написаны на рунной вязи Древних, некоторые – на современном, значительно упрощенном диалекте. На их корешках, совсем как на Земле, были написаны витиеватые названия.
Казарма для атретасов особо не впечатлила – апартаменты один в один, как те, в которых я жил. Они были расположены в длинном коридоре, похожем на обычный, гостиничный. Помещения для орин я не осматривал – нужно было спуститься по широкой разукрашенной лестнице на этаж ниже. Мы вернулись в приемную, где я приказал отодвинуть к стене кресло со столом, а на передний план выдвинуть диванчик, на который и посадить меня. Диванчик был очень мягкий и приятный на ощупь. Я лег на нем, затянув на него и свои ноги в сапожках. Все равно они чистые – я даже на пол сегодня не ступал ни разу. Одна из измененных заботливо укрыла меня шелковым одеялом. М-да, подарки у богини великолепные. Остается только оправдывать ее ожидания. Боюсь, насколько прекрасные дары, настолько и ужасна кара. Богиня внутри рассмеялась веселым звонким смехом. Уже ничего не скрыть. Скоро будут смеяться над тем, что и как я делаю в туалете. В отместку я решил заснуть и сказал, открыв глаза:
– Когда придут орин – разбудите меня.
