Вечером ко мне в покои наведалась с несколькими слугами Иситес. Она беспардонно и неожиданно ворвалась в мои покои, застав меня плавающим в бассейне в чем мать родила. Впрочем, я не смутился, да и она тоже. Отношение к голому телу у эльдаров было прохладным. А может, просто за свою долгую жизнь они навидались и напробовались такого, что не всякая путана на Земле могла похвастаться? Или умело прятали свои эмоции за равнодушной маской? Во всяком случае, Иситес невозмутимо остановилась на краю и с выражением легкого недовольства стала наблюдать за моими движениями. За сестрой сгрудились слуги, держащие в руках странные тканевые свертки. Я не спеша вышел из бассейна перед сестрой и начал вытираться поданным Хетахи, одной из моих телохранительниц, полотенцем.
– Приветствую тебя, сестра, – произнес я, расчесывая и заодно высушивая свои белые волосы поданным артефактом, формой и применением похожим на расческу.
Немного промедлив, Иситес ответила:
– Прибыли твои доспехи и оружие, Ашерас. Примерь их. Если что не так – за ночь их подгонят.
В свертках оказался боевой костюм – гарнитур жреца. С помощью слуг я стал впервые его надевать. По мере моего облачения сестра ходила вокруг и указывала беловолосому слуге, что, по ее мнению, нужно подправить. Когда я полностью облачился в кожу и меня стянули шнуровками и ремешками, на специальные крепления стали надевать стальные части – наплечники, изображающие формой раскрытую пасть дракона, наколенники и налокотники с тем же изображением, набедренники, наголенники. Доспех практически не снижал подвижность, но его защита сводилась к защите конечностей. В конце сестра сама развернула последний сверток, явив мне черную маску атретаса. На немой вопрос она, нахмурившись, ответила:
– Белую маску получают только те из атар, кто достиг совершеннолетия. Знаки на маске показывают ступень владения магией или оружием, а также положение в обществе.
Она помогла ее надеть и закрепить набором ремешков на голове. После этого на меня нацепили два набора парных изогнутых мечей и перевязь с маленькими метательными ножами. Сестра добавила:
– Тебя особо не учили мастерству оружия, и основной упор делался на магию. Думалось, что учить тебя оружию будет твой отец, когда вернется из Глубин. Вообще странно, что матриарх выпустила тебя из дома до совершеннолетия и завершения обучения. – Обернувшись к слугам, она произнесла: – Оставьте нас.
Когда слуги удалились достаточно далеко, Иситес повернулась ко мне и повела рукой в воздухе, создавая жестом заклятье из силы Тьмы под названием «Безмолвие», я им пока не владел. Оно поглощало все звуки в определенном радиусе от места активации. У него было много недостатков, и первый из них то, что, даже не слыша звуков, слова можно было читать по губам. Сестра зашевелила губами, безмолвно произнеся:
– Это очень странно. Какова настоящая причина этой вылазки? Таенори ничего мне не сказала.
Неужели матриарх опять играется? И что же она задумала? Я ответил ей так же, лишь шевеля губами:
– Я видел сон. Богиня мне показала вид Эльвиаран. Судя по всему, ее убьют на много раньше. Я боюсь, она умрет в течение месяца, а может, даже недели. Я сказал матери, но она не желает готовить спасательно-карательную операцию. Взамен она предложила мне «поохотиться»…
Сказать, что Иситес была удивлена, значит ничего не сказать. Ее красивые раскосые глазки чуть не вывалились из глазниц. С огромным усилием она вернула на лицо «маску» невозмутимости, но судя по ее сжатым изящным кулачкам – она был еще в шоке. Она пару-другую раз глубоко вздохнула и произнесла:
– Это тяжелый удар.
– Согласен. Но также ее спасение – причина моего появления в этом мире.
Иситес внезапно закрыла лицо ладонями, и впервые в этом мире я увидел стекающие между пальцев слезы. Неожиданно для себя я обнял ее и произнес:
– Держись, сестра. Ты великая жрица нашего дома. Мне ты можешь показать свою слабость, но более никому. Мы что-нибудь придумаем. На худой конец – отомстим.
Иситес успокоилась и, встав на колени, умылась из бассейна. Когда она снова повернулась ко мне, была уже в полном порядке.
– Да, брат, ты прав – не должно мне показывать слабость. А боль – она перегорит… – Сестра отвернулась и одной рукой сложила жест вызова слуг, а другой рукой развеяла заклятье. – Завтра в шесть на первой тренировочной площадке сбор. А, чуть не забыла! – одна из слуг протянула Иситес небольшую шкатулку, открыв которую та вытянула набор странных побрякушек. – Это боевые амулеты для тебя и жриц. Этот слуга… – она указала на старого слугу, – подгонит твой доспех. Ладно, я пойду – мне тоже нужно подготовиться. Провизии возьми дня на три, если не будет хватать, чего-нибудь добудем либо вообще сразу вернемся.
