— У этого парня есть способность к языкам и дальновидный ум. Он будет для нас проводником, — слова Мэрфи звучали так, словно теперь, когда он нашел родственную душу, которой можно довериться, он не мог больше скрывать свои мысли. — А в обмен на это мы покажем ему иные земли и дальние страны. Потому что в нем есть эта жилка скитальца, так же как и в нас…
Пальцы Ярла теребили нижнюю губу.
— Да, он родился скитальцем, и в нем течет кровь степняков. Если он…
— Ты кое-что забыл, — на сей раз улыбка Форса была серьезной. — Я — мутант.
Прежде чем ему ответили, в разговор вступил Эрскин. На его лице все еще были следы боя, и он оберегал плечо, но он заговорил с авторитетностью и убежденностью, которых от него никто не ожидал.
— Мы собираем лагерь и выступаем. Я пришел за моим братом.
— Он идет с нами, — ощетинился Мэрфи.
В усмешке Форса не было юмора.
— Поскольку я не могу двигаться на своих двоих, в любом случае меня придется нести на себе.
— Мы запряжем пони в носилки, — быстро ответил Эрскин.
— У нас также есть и кони, и носилки, — ревниво подхватил Мэрфи.
Ярл пошевелился.
— Кажется, теперь ты должен сделать выбор, — бесстрастно сказал он Форсу. На мгновение молодому горцу показалось, что тут были только они двое, и ни Эрскин, ни Мэрфи не настаивали больше на своих просьбах. Форс приложил свободную руку к своей кружащейся голове В нем текла кровь степей матери, это правда. И свободная дикая жизнь бродяги-всадника привлекала его. Если бы он отправился с Мэрфи, никакие секреты страны руин не укрылись бы от него, он мог бы многому научиться. Он мог бы составить такие карты о которых Звездные Люди не могли даже и мечтать, увидеть забытые города и изучать их в свое удовольствие, все время устремляясь к новым странам туда, за горизонт. Если же он примет предложение Эрскина, он получит обратно братство и тесные узы семейного клана и поедет строить новый городок, а, может быть, со временем, и город, такой, который Древние отняли у собственных потомков. Это будет трудная жизнь, но по-своему интересная и также полная приключений — хотя он никогда не зайдет так далеко, как с Мэрфи. Но был и третий путь. И он начинался с выбора, который был слишком хорошо известен. Когда он думал во время битвы, что умирает, его воображение ступило на этот путь против его воли. Он вел в разреженный холод горных вершин, в суровый холод наказания, боли и вечного упадка духа. Поэтому, когда он поднял голову, он не посмел взглянуть ни на Эрскина, ни на Мэрфи, но поймал и задержал на себе непреклонный взгляд Ярла. Потом он спросил:
— Это правда, что я вне закона?
— Тебя три раза вызывали к Костру Совета.
Форс признал эту истину и принял ее. Но у него был еще один вопрос:
— Поскольку меня там не было, чтобы ответить лично, я имею право на отмену приговора в шестимесячный срок?
— Имеешь.
Форс взялся за перевязь, которой к его груди была привязана левая рука. Оставались шансы, что ее вылечат и она снова станет как прежде сильной. Целитель, прозондировав рану, пообещал ему это.
— Тогда я, — он почувствовал, что вынужден остановиться и подобрать слова, чтобы вновь овладеть своим голосом, — отправлюсь в Айри и буду притязать на это право. Шесть месяцев еще не истекли..
Звездный Капитан кивнул.
— Если ты сможешь ехать, через три дня ты будешь уже там и успеешь.
— Форс! — при этом возгласе Эрскина горец вздрогнул, но когда он повернул голову, голос его был все еще тверд.
— Именно ты, брат, сам однажды говорил о долге…
Рука Эрскина упала.
— Помни — мы братья, ты и я. Там, где находится мой очаг — всегда есть место для тебя, — он не оглядываясь, вышел, и его поглотила толпа его соплеменников.
Мэрфи очнулся от задумчивости. Он пожал плечами. У него уже были другие планы, другие намерения. Но он задержался на некоторое время и сказал:
— Отныне, с этого часа, в моем табуне для тебя скачет конь, и в моей палатке есть место и мясо для тебя. Ищи Знамя Рыжей Лисицы, когда тебе понадобится помощь, мой юный друг, — его рука коротко отдала честь, потом он тоже зашагал прочь.
Форс повернулся к Звездному Капитану:
— Я поеду.
— Со мной. Мне тоже надо отчитаться перед племенем… мы поедем вместе.
