Его требование наделало шуму, хотя сперва его поддержали только слезливые домохозяйки, но зато их большинство, а теперь даже самые безнадежные дуры сидят в инете и засоряют все блоги комментами, потом за идею ухватились зеленые, а дальше кто-то из политиков смекнул, что можно получить добавочные проценты голосов, и сделал запрос в Думу насчет более гуманного отношения к новорожденным.
Когда его проект дополз до стадии обсуждения, заводчики собак забили тревогу, но им строго напомнили, что живут не во времена Спарты, когда слабых детей сбрасывали со скалы на поживу хищным зверям, а в цивилизованном обществе.
Несчастные возопили: как, где другой способ, укажите! Им сурово ответили: это ваше дело, вы и ищите. Но за утопление щенков – отныне большой штраф, а при повторном – уголовная статья.
Корнилов как-то сказал сердито:
– А вот мне собачников жалко. И я вот прямо щас подниму та-а-акую контрволну!
– Как? – спросил Вертиков.
– Очень просто, – огрызнулся Корнилов. – Господь топил и нам велел. Пример подал! Кто мы, что идти против Бога?..
Вертиков спросил в диком удивлении:
– Ты что, в Бога веришь?
Корнилов отмахнулся:
– При чем тут это? Важнее принцип. Вся цивилизация основана и развивается на принципах, изложенных в Библии. В том числе Господь указал и на идею разумной селекции. И не нам, косорылым, отменять такие фундаментальные принципы!
А потом мы наблюдали, что Корнилов в самом деле очень умело и успешно осуществил свою угрозу, и в мире столкнулись две волны, а мы лишний раз поняли, в какое сумасшедшее время живем, называемое прекрасным.
А в это время все эти слухи и сообщения о темной материи распространялись по миру, захватывая сперва подножья, заполняя ямы и темные щели, потом поднимаясь выше и выше, наконец достигли относительных верхов. И первым на сообщение о «темных связях» между людьми откликнулся кардинал Кунилингер. Он выступил с назидательным напоминанием, что все мы связаны с Господом, живем в Его Благодати, купаемся в Его Любви, потому неправомерно называть эти связи «темными». И хотя он понимает, что имеются в виду непознанные, но все-таки в сознании простых людей значение «темный», «темные» закрепились за сатаной и его ангелами, взбунтовавшимися против Господа. А от них перешло на все злое и нехорошее в человеке и природе, потому слова «темные связи» нужно заменить на более точные и не позволяющие толковать в ином смысле.
Это заявление расценили как признание церковью и даже одобрение, что, в свою очередь, вызвало повышенный интерес и в том обществе, что почище. Не преминули откликнуться и иерархи православия, что в последние годы изо всех сил стараются напоминать о себе при каждом удобном случае.
Протоирей Костромитин обрушился с гневной проповедью, что закрытое Господом да не будет открыто суетными людишками, это кощунство. Кто-то напомнил было, что этими же словами возражали против хирургии, дескать, внутренности человека закрыты Богом, нехрена туда лезть, но все как-то вяло, с православными никто не берется спорить, ибо нет предмета для спора, зато оживились и начали комментировать на всякие лады секты и современные церкви, особенно современные сайонтистов и антисайонтистов.
Журналисты, поймав на лету лакомую тему, начали ее варьировать так часто, что упоминание наших работ приблизилось к рейтингу Ани Межелайтис и обсуждению шансов выигрыша нашей сборной по футболу у Замбези.
Очень медленно и как-то вынужденно начали проявлять интерес из команды нашего правительства, сперва звонили несколько раз какие-то пешки, интересовались, забыв представиться, почему это иностранный фонд так охотно нас спонсирует, что мы за птицы, потом пытались за пустое обещание помогать взять с нас обязательство, что никуда не уедем и останемся патриотами Отечества, что еще в Куликовской битве и Бородинской, да, и вообще потому что.
Я в конце концов поручил Корнилову отгавкиваться, он у нас самый громкий, наглый и грубый, а мы влезли в работу с утроенным рвением, даже ночевать оставались на службе, только кровати поставили, что дало основание обвинять нас в устройстве неких оргий, хотя сами оргии потеряли уничижительный смысл и давно уже расцениваются как признак благонадежности и верноподданности строю.
Вообще-то, мое интервью в инете постепенно наделало шуму больше, чем если бы началась третья мировая война. По всем каналам начались бурные дискуссии, на экранах с утра до вечера разглагольствовали записные болтуны с красивыми голосами и завораживающими позами.
Корнилов злорадно ржал, вот, дескать, и дождались, дискуссии по науке отодвинули даже футбол, ну как вам, радостно? На него огрызались, слушать с экранов всю эту муть противно, но вроде бы надо, формируется общественное мнение, надо быть готовыми либо к инвестициям, либо к луддитам. Что ворвутся с ломами и молотами и все разгромят, а нас прибьют.
Только мудрый Кириченко лениво ронял через губу, что поговорят и переключатся на литрбол или врубят добавочные порнушные каналы, теперь они вещают круглые сутки.
