— Как я и думал, у тебя сильный ушиб, поэтому выпишу хорошую мазь и наложу повязку. Руку желательно несколько дней не напрягать, — пояснил врач.
Пока Борис накладывал повязку, я постоянно ловила на себе взгляд Воронова. Мне так хотелось узнать о чем он думает, глядя на меня, но, увы, это было невозможно.
— Благодарю вас, Борис Павлович! — сказала я, когда мы все вышли в коридор. — И извините за ночной визит.
— Ничего страшного, Ева! — улыбнулся доктор. — Буду рад видеть тебя еще, но уже как гостью, а не потерпевшую.
— Бывай, Док! — Воронов пожал руку Борису и мы направились на выход. На улице была глубокая ночь и я обняла себя за плечи. Доминик бросил на меня быстрый взгляд, но никак не прокомментировал мои действия.
— Стас, включи обогрев на полную, — сказал Воронов, едва мы сели в машину.
Сразу вспомнила слова врача насчет Доминика и поняла, что этот мужчина действительно может быть хорошим. Обратно мы ехали молча, каждый думал о чем-то своем и я почувствовала, что глаза начинают слипаться. Но когда одна мысль посетила мою голову, сон как рукой сняло.
— Мы забыли вашу рану обработать! — воскликнула на весь салон и, похоже, привела в чувство всех. Стас от неожиданности ударил по тормозам, Захар едва головой не выбил лобовое стекло(хорошо, что был пристегнут), а Воронов прижал меня к себе, чтобы не перелетела на переднее сиденье.
— Стас, блять! — закричал Доминик раздраженно.
— Простите, это я виновата! — пискнула из-под пиджака мужчины. — Я просто крикнула немного громко.
Все промолчали, хотя, наверное, хотели многое мне сказать. Было очень стыдно, но когда вспомнила, что все еще сижу в объятиях Воронова, моментально отскочила на свое место.
— У вас есть аптечка? — спросила у охранников, даже не глядя в сторону Доминика.
— Сзади посмотри, — ответил Стас.
Аптечка нашлась довольно быстро и я начала искать в ней нужные для дезинфекции препараты.
— Все-таки хочешь побыть медсестрой? — заинтересованно наблюдал за мной Воронов.
— Ага, в детстве мечтала стать ветеринаром, — буркнула тихо.
— Почему же не стала? — не отставал Доминик. И что я должна ему ответить? Что все мои планы разрушились в один ужасный день, который никогда не забуду?!
Я решила промолчать и принялась промывать ранки, чтобы хоть как-то себя успокоить. К счастью, Воронов тоже молчал и неотрывно наблюдал за моими действиями. Ну а я нанесла заживляющий крем и даже наложила повязку.
— У тебя хорошо получается оказывать помощь, — оценивая мои старания, сказал Воронов.
— Пришлось научиться, — ответила напряженно и отвернулась к окну.
Сегодняшняя ночь многое изменила в моем отношении к Доминику. А еще я поняла, что он мне нравится. Это открытие пугало и радовало одновременно. Я даже подумать не могла сегодня утром, что столько переживу за этот день.
Когда машина остановилась у моего подъезда, я даже подумать не могла, что Доминик захочет выходить на улицу, чтобы со мной попрощаться, но мужчина и тут меня удивил. Воронов подождал, пока я обойду машину и вручил мне пакет из аптеки.
— Здесь лекарство, которое Боря приписал. Думаю, тебе стоит несколько дней не выходить на работу, — заявил он.
— Почему это? — возмутилась как всегда. — Ноги то у меня в порядке! А Денис и так весь в работе, не хочу его подставлять.
— И почему я не удивлен? — хмыкнул Воронов, словно я его развеселила. — Не хочу с тобой спорить, поэтому соглашусь на этот раз. Но ты в свою очередь не будешь против моего предложения.
— И что это за предложение? — заинтересовалась я.
— Стас будет возить тебя на работу и домой. Это на период, пока рука не заживет, — пояснил Воронов.
— Я согласна, — быстро ответила, чем сильно удивила Доминика.
— Так просто? А я думал, что ты будешь кричать и нервничать!
— Честно говоря, у меня уже нет на это сил, — ответила тихо. Спать хотелось невероятно и даже присутствие рядом Воронова не напрягало как всегда. В заключение сегодняшней ночи я громко зевнула и побрела к подъезду.
— Сладких снов, Ева! — услышала, когда уже ступила в подъезд. Но понять не послышалось ли это мне не могла. Глаза слипались на ходу и едва я добралась до дивана, провалилась в сон.
Проснувшись на следующий день, я сразу же вспомнила все ночные события и надеялась, что все это был лишь сон. Но моя перебинтованная рука была прямым доказательством того, что мне ничего не приснилось. Из кухни доносились голоса и я сразу напряглась. Если снова пришла Карина, то я прямо сейчас сбегу из дома. У меня нет для нее никакого объяснения и, честно говоря, в последний раз она меня неприятно удивила своим поведением.
Но когда на кухне снова заговорили, я поняла, что голос совсем неженский. Сначала подумала, что это Антон пришел к Лине, но голос был не его и это напрягало. Я быстро замоталась в халат и помчалась на кухню, но у самой двери растерянно затормозила, наблюдая великолепную картину. Ангелина сидела за столом в компании Давида и парочка мило ворковала. Странно, но я никогда не видела сестру такой улыбчивой. Даже Антон никогда не открывал в ней все чувства.
