- Милый прикид, — улыбнулся Воронов и вся моя злость переросла в стыд. Как я могла в таком виде появиться перед таким красивым мужчиной?! Сам он был одет в джинсы и футболку, и даже без привычных костюмов эта одежда подходила ему идеально.
— Пойду переоденусь, — буркнула тихо, опустив глаза. Но, похоже, у Доминика были свои планы. Он обнял меня за талию и крепко прижал к себе. Блин, я же без бюстгальтера! Тело сразу же напряглось и стало трудно дышать.
— Мне и так нравится, — прошептал прямо в губы Воронов и уже через мгновение набросился на меня с поцелуем.
Мы целовались как взбалмошные и никто из нас даже не думал останавливаться. Я поверить не могла, что все это на самом деле. Но когда руки шефа пробрались под футболку и не сильно сжали грудь, здравый смысл вернулся. Я мгновенно выбралась из объятий и для верности отошла на несколько шагов. Но боялась я не Воронова, а себя. Как же хотелось снова почувствовать его губы, но я не могла вот так… Все должно быть правильно. И сначала я должна рассказать ему кем являюсь на самом деле. Мы оба тяжело дышали, но первым пришел в себя Доминик.
— Извини, что так накинулся, — но никакой вины я за ним не почувствовала. Сама не лучше! — Все нормально?
— Нормально, — выдавила из себя. Хотя на самом деле все было очень и очень ненормально.
— Давай в машину сядем, обещаю приставать не буду. — Доминик кивнул на свою машину и я направилась за ним. Мужчина даже дверь для меня открыл и, подождав пока я сяду, захлопнул. Ого, какой джентльмен!
В машине все пахло новизной и свежими духами Доминика. Просто рай для такой влюбленной дуры как я. Воронов сел за руль и места стало слишком мало. Мы снова пялились друг на друга и я уже начала сомневаться правильно ли поступила, когда села в эту проклятую машину.
— Как ты после встречи с папой? — все же спросила то, что волновало превыше всего.
— Паршиво, терпеть его не могу! — совсем невесело хмыкнул Доминик. — Сегодня он сказал правду. Эта встреча была нужна нам обоим. К счастью, в ближайшее время я его больше не увижу.
— Что случилось с твоей мамой? — я знала, что зашла на опасную территорию и Доминик имел полное право послать меня с этим вопросом. Но почему-то мне казалось, что ему самому хочется с кем-то поговорить.
— Не думаю, что тебе стоит это знать, — нахмурился Воронов. Ну, не послал и на том спасибо. — Приятного в моей жизни было мало.
— Знаешь, а я всегда хотела рассказать кому-то о своей боли, — решила начать с себя. — Но, к сожалению, рядом не было такого человека. Сестра и так тяжело приходила в себя и очень медленно возвращалась к нормальной жизни, если ее можно такой назвать. Единственная подруга знала все, но о самой большой боли я не говорила. Она и так сильно меня поддерживала.
— А твой парень? — голос Доминика стал холоден. Похоже, вспомнил того мудака.
— С Максом мы познакомились в кафе, где я работала. Мне казалось, что это моя первая любовь, но на самом деле я просто хотела забыться рядом с ним. Когда застукала его с другой, даже не почувствовала ничего. Больше переживала, что без работы осталась.
— А с работой что? — заинтересованно взглянул на меня Воронов.
— Начальник решил продвинуть меня в должности к администратору. За небольшую плату, — горько улыбнулась, вспоминая то время. — А в результате получил по яй…в пах и выгнал меня с работы.
— А ты жестокая, — хмыкнул Доминик. Мы сидели совсем рядом и я, как зачарованная, смотрела на мужчину. Свет от панели приборов падал на его лицо и придавал некой таинственности. А в сочетании с черными глазами это было что-то невероятное.
— Мне часто приходилось бороться, чтобы завоевать свое место под солнцем, — снова мыслями вернулась в то непростое время. — Мне было восемнадцать, когда произошла авария. В один момент жизнь поделилась на" до" и "после". Мы с сестрой остались совсем одни, но хуже всего было, когда она впадала в депрессию и не хотела жить. Мне пришлось перевестись на заочное отделение в универе и идти работать. Денег катастрофически не хватало, поэтому я продала квартиру, единственное, что напоминало о счастливом прошлом. Именно там чувствовала присутствие родителей и могла часами сидеть в их комнате. Почти все ушло на лечение, а часть я потратила на новый дом. Вот в этот дом я привезла сестру после выписки. И снова ей было трудно привыкнуть к новой обстановке. После новой трехкомнатной квартиры, где мы жили с родителями, переехать сюда и мне было трудно. Но, к счастью, она у меня сильная и все же смогла взять себя в руки.
— Это ты очень сильная девушка, Ева, — серьезно заявил Доминик. — Я уже давно это заметил.
— Возможно, и так, — пожала плечами. — Кстати, сегодня приходил Борис. В среду у Ангелины вылет.
— Волнуешься? — спросил Воронов.
— Я еще никогда не оставалась одна, — стало грустно и слезы выступили на глазах. — Наверное, еще не до конца осознала, что придется расстаться так надолго.
Доминик без слов взял мою руку в свою и нежно сжал. Сразу стало легче и довольно приятно.
