Уснула в клубе - проснулась в спальне пентхауса. Девушка всегда отличалась крепким сном, но эти телепортации пугали. Не заметить, как тебя перевезли с места на место через полгорода, бред.
Потянулась и наткнулась рукой на что-то лохматое, теплое и рыжее. Вроде бы, так и должно быть, вот только это была не мягкая львиная грива. На соседней подушке, где полагалось спать Льву, калачиком свернулась лохматая Лариска. Разбуженная собака возмущенно заурчала и открыла заспанные глаза. На морде читалось: “Обалдела, вставать в такую рань?”
Четыре утра. Действительно, рановато, вот только Рита чувствовала себя полной сил и энергии. Готова была горы сворачивать, сразу после чая с печеньками.
Внутри шевельнулись неприятные воспоминания. Точно, они же впервые поругались. Да, молча. Да, совершенно в стиле железобетонного Залесского, но поругались же. Страх отступил от одной мысли:
“Лев никогда не оставит её одну”.
- На диване, что ли, спит? - шепнула себе под нос Рита и, выскочив из кровати, направилась на поиски своего пропавшего защитника.
***
- Нашелся, - улыбнулась.
Лев, и правда, мирно спал на диване, обложившись бумагами и прижимая к груди планшет. Очки забавно перекосило, волосы растрепаны. Кажется, у кого-то будет очень сильно болеть спина.
- Прости… я не хотел… - едва слышно прошептал мужчина.
Рита нахмурилась, глядя на глубокую морщинку между бровей и сжатые до бледности губы. Ему снится что-то плохое? Кошмар? Снова Эльза? Она угадала эту мелодию с одной ноты. Вряд ли у Льва есть еще одно такое же яркое чувство вины. Внутри неприятно заныло, а вдруг теперь он извиняется не за убийство, а за неё, Риту? За то, что снова посмел с кем-то сойтись? За то, что у них родится ребенок?
С каждой секундой, с каждым движением губ её будто кто-то раскручивал на сумасшедшей карусели, раз за разом доводил до точки кипения и погружал в ледяную воду. Слезы потекли по щекам, Рита заметила их только когда заскулила под ногами подбежавшая Крыска, и вздрогнула.
Что она в самом деле? Из-за фантазии ревет! Может, все не так. Мало ли, какие кошмары снятся людям.
Осторожно вытащила из его пальцев планшет и отложила на столик. Невольно скользнула по гаджету взглядом, интересно, что он читал перед сном? Какие книги ему нравятся? Закусила губу. Нет, она не будет лазить в чужой планшет. Не будет. Нет.
Накрыла мужчину пледом, наклонилась и тихо прошептала:
- Всё хорошо. Больше ошибок не будет, - убрала со лба рыжую прядь.
Показалось или морщинка немного разгладилась? Лев сонно потянул на себя плед и перевернулся на другой бок, так и не проснувшись.
***
Лев спал. Работа не клеилась. За час Рита успела разобрать только половину снимков из “Ассорти”. Дело не из легких: часть для фотоотчета на сайт кондитера Никитина, часть для отчета “Ассорти”, часть для светской хроники в ТОМАТО и отдельная папка с Владимиром Лозовским. Ничего, у нее еще есть время до обеда, если не решит снова уснуть на пару часов, то справится.
Потянулась и допила остатки чая. Почти полшестого. Лев все еще спал, его как единственный в доме неподвижный теплый элемент окружили обе собаки.
Рита подошла и чуть-чуть засмотрелась. Одна вытянутая морда на груди. Крыска приоткрыла один глаз и тут же закрыла. Свои пялятся, можно не беспокоиться. Лариска возилась в ногах под пледом, ворчливо поскрипывая.
Взгляд снова приковал планшет. Не удержалась.
Взяла и утащила на кухню. Включила дрожащими пальцами и, разумеется, наткнулась на пароль.
- Да, нечего тебе там делать, Рита, - сказала сама себе, но пальцы автоматически ввели "21 октября". Её день рождения и трагичная для Льва дата. Всегда удивлялась, почему день несостоявшейся свадьбы мучает его больше, чем день гибели Эльзы.
Экран моргнул. Доступ получен.
Галерея с какими-то снимками. Фото пожелтевших от времени листов, исписанных сверху до низу аккуратным почерком с забавными завитушками. Рита заметила нарисованные ручкой на полях сердечки. Это женские записи. Мужчины же сердечки не рисуют, правда?
Хотела отложить в сторону, но выцепила взглядом слова:
“Представляешь, мама, Лев сказал, что мои глаза цвета неба и поцеловал. У меня никогда такого не было, никогда еще сердце так не билось. Я влюбилась, мама. По-настоящему!”
Это все изменило, отбросило в сторону этику, мораль и другие глупости. Лев будет злиться, но она должна знать. Что именно? Всё. Что выгрызает его изнутри? Каким был Лев до трагедии? Возможно, на этих страницах не только яд, но и лекарство. Возможно, ей удастся найти способ вернуть его к жизни.
Одержимая этой идеей, Рита впивалась взглядом в каждую букву, оживляла в голове каждую строчку и, как в кроличью нору, все глубже проваливалась в прошлое Льва. Туда, где он был счастлив, влюблен и совершенно очарован блондинкой с глазами цвета неба.
Эльза
“Мама, как жаль, что ты не можешь быть рядом сегодня! Такое случилось! Мне не терпится тебе рассказать. Я влюбилась. Я влюбилась, и он рыжий. Совершенно, ярко и безумно рыжий. Представляешь?
Никогда не думала, что влюблюсь в рыжего!
