Восемь человек из нашего мира, которые оказались в другом. Много это или мало? А если они помимо знаний еще имеют эльфийские тела и магическую поддержку? Хватит ли этого чтобы выжить? А если да — то где предел открывающимся перед ними возможностям?
Высыпавшие на лужайку перед одним из зданий эльфийской Академии волшебства боевые маги уверенно сжимали кольцо. Примерно половина их появилась в прямом смысле из воздуха, задействовав телепортационные чары. Тот факт, что на территории учебного заведения этой привилегией вообще-то обладали только заслуженные преподаватели, которыми они вряд ли являлись, их не смутил. Впрочем, оставшиеся чародеи тоже не отличались хорошими манерами. К примеру, боевая химера, явно контролируемая одним из них, своими толстенными лапами злостно потоптала куст редких желтых роз, не смотря на их длинные шипы. Впрочем, вряд ли ее шкуру могло повредить что-то кроме заточенного на совесть оружия. Ну, или магии.
Архимаг Келеэль из дома Вечной Листвы затравленно оглядел сжимающийся вокруг него строй. Несмотря на то, что все пять тысяч лет его жизни были наполнены сражениями, несмотря на то, что он был самым могущественным чародеем во всем мире, несмотря даже на то, что он очень много времени потратил на изучение таких специфических разделов магии как некромантия и демонология, несмотря на все это победить в схватке он бы не смог, а защитные заклинания, которыми он окружил себя по въевшейся в кровь привычке, смогли бы лишь выиграть ему время. Не очень много.
Элита эльфийских войск готовилась к атаке. Страшной. Яростной. Безудержной. Сметающей все на своем пути. Четыре десятка гвардейцев, все как один, выходцы из Старших Домов, владеющие сталью и волшебством на уровне, которого можно достичь только столетиями упорных тренировок и битв насмерть. Ну и, конечно же, придворные маги, уже достаточно могущественные, чтобы по праву считаться лучшими из лучших, но еще не достаточно обеспеченных, чтобы уйти на покой
Хмурый и сосредоточенный менталист, готовый к самому серьезному в своей жизни и очень возможно, что последнему бою. Четыре стихийника, по одному на каждый элемент. Эти выглядят чуть более уверенными в себе, понимают, что классической боевой магией пятитысячелетний волшебник пользоваться вряд ли будет, слишком уж она по его меркам примитивна. Демонолог-полукровка, смущенно потупивший взгляд. Чего, кстати, потупивший? Хотя… некоторое сходство в лицах древнейшего эльфа и его более молодого сородича, одетого в мантию с цветами дома Вечной Листвы, просматривалось.
— Кто-то из непрямых потомков, — решил Келеэль, — рассматривая полуэльфа. — А может и из прямых. Надо бы хоть на одном собрании появиться, хоть узнаю, кто мне кем приходится.
Еще в круге волшебников, окружавших архимага, было двое артефакторов, малефик, тройка друидов, алхимик, жрец солнца, жрец ночи (как они еще не подрались?!) и даже некромант. В общем, все представители первичных ветвей магии собрались. Магом хаоса, пусть и не особо одаренным был Келеэль, а за стихии жизни и порядка отвечал Князь, стоящий прямо напротив древнего чародея. Судя по полыхающим зеленым огнем глазам, правитель эльфов в данный момент разбудил силы, обычно мирно спящие в крови его рода, и теперь представлял из себя квинтэссенцию магию жизни, лишь по недоразумению принявшую облик существа из плоти и крови.
— Что случилось? — изумление в голосе старого чародея, стоящего в круге вооруженных до зубов бойцов, было искренним. Ну, или казалось таковым. За пять тысяч лет у архимага было много времени на то, чтобы отточить актерский талант.
— Не делай глупостей, — если бы голосом можно было убивать, то бывший наставник правителя Западного Леса, одного из двух эльфийских государств мира Фредлонд, волшебник Келеэль скончался бы в жутких муках. Речью владыки Леса можно было охлаждать извергающиеся вулканы. Плохой признак. Очень плохой. Судя по тому, что волшебник знал о своем бывшем ученике, сейчас тому больше всего хотелось вцепиться в горло учителя и лишь понимание того, что стоит ему выйти в одиночку, ну или хотя бы с чуть большими силами на пятитысячелетнего некроманта и не спасет даже сила его крови.
— Ты знаешь что. В Зал Суда сам пойдешь или тебе помочь? Я обвиняю!
