— Лесь, всё ужасно сложно. Но запомни самое главное: я тебя люблю. Я не вынесу, если с тобой что-то случится, — подходит ко мне медленно.
— Любишь? — недоверчиво переспросив, смягчилась окончательно после этих слов. Признание разгоняет моё сердце до предела. Он меня любит, иначе бы не заботился так, как сейчас.
— Прости, что не признался в тот вечер. Я боялся всё усложнить….
— Вот возьмите. Будьте осторожны! — врач прерывает наш разговор и передаёт бумажку Артёму.
— Спасибо, док! — пожимает ему руку Артём.
Я смотрю на него внимательно, как тогда, около библиотеки, и понимаю, что уже не смогу без его чувственных прикосновений, сумасшедших поцелуев, пронзающего взгляда, нежного шёпота, который вызывает дрожь по всему телу, растворяя боль. Я не смогу без него жить! Он забрал моё сердце, мою душу. Всю меня!
Практически всю дорогу до аэропорта мы ехали молча. Я молчала и пресекала все желания Артёма что-то мне сказать. Хотела, чтобы только его признание сейчас крутилось у меня в голове. Но он всё равно изредка говорил о своей работе. Из его слов я поняла одно, что нам надо улетать в другую страну ради нашей же безопасности пока всё не закончится. Потом мы обязательно поговорим.
— Леся, милая! — вся в слезах подбегает ко мне Ника, — у тебя синяк? Что случилось?
— Всё в порядке. Ударилась немного, — ищу глазами Таню, — где….
— Она отошла в туалет. Приходит в себя. Пойдём. Мы должны были вылететь полчаса назад. Папа заказал частный самолёт, — тянет за собой Ника.
— Сейчас, — поворачиваюсь к стоящему Артёму, который терпеливо ждёт моих действий. Он делает несколько шагов ко мне, а я к нему, — мы ведь во всём разберёмся, Артём? — ласково обнимая друг друга, тихо шепчу.
— Максим. Моё настоящее имя Максим Кравцов, — осторожно признаётся он. Однако сейчас мне всё равно на это, душа моя кровоточит от плохих предчувствий. — И да, мы во всём разберёмся. Я люблю тебя, Олеся, — прижимает меня ещё крепче, боясь отпускать.
— Я тоже тебя люблю, — отхожу от него, но он тянет меня обратно, чтобы поцеловать.
Мы целуемся робко и нежно. Наш поцелуй чем-то напоминает прощальный, что заставляет моё сердце истошно биться. Самопроизвольно начинают течь слёзы. Артём, то есть Максим, прижимает меня ещё крепче. Голова начинает кружиться, дыхание распирает. Истерика начинает разгораться внутри меня.
— Обещай, что мы обязательно ещё увидимся, — сквозь слёзы и прерывистое дыхание выдавливаю слова, — пожалуйста.
— Обещаю, обещаю, — целует мои руки, — не плачь. Скоро всё закончится.
— Лесь, пойдём, — обнимает меня Ника, — самолёт ждёт. Надо Таню ещё забрать.
— Я не хочу! Никуда не хочу, — отбиваюсь от Ники, — полетим вместе? — как побитый щенок смотрю на Максима.
— Лесь, прости, милая. Я не могу, — отпускает мою руку, — Тань, уводите её, — резко разворачивается и уходит. Рядом откуда-то возникает Таня.
Меня обхватывают под руки и тащат в противоположную сторону от него, перекрывая обзор удаляющейся спины моего любимого человека. Всё? Закончилось? Еле переплетая ногами, начинаю понимать, что возможно это была последняя встреча. Нет, если он обещал, значит, у нас всё будет хорошо. Однозначно.
Макс
Из аэропорта выхожу на взводе. Моя девочка в ужасном состоянии. Помочь ей могу лишь тогда, когда завершу спецоперацию. Передо мной её глаза полные страха и беспомощности. Нельзя было её втягивать в это дерьмо. Я ведь мог её вывести заранее. Надеялся на свои силы, но их не хватило. С размаха бью по стене около входа. Злюсь, безумно злюсь. Но надо собраться и завершить дело. Ради Миши, ради моей девочки, ради себя. Смотрю в телефон того амбала, который пытался угробить Лесю. Ответа от Маркова не было. Если он ответил на мой фотоотчёт о жене Андреева, то, возможно, фоткам Леси не поверил. Их я успел сделать в больнице, пока она вся потерянная в кровоподтёках сидела около стены. Когда увидел её валяющейся на полу, думал, убью всех людей Маркова. Такое наказание было бы легким для этих уродов, поэтому самое лучшее для них тюрьма, засадить до последней твари. Только собираюсь позвонить подполковнику, мой служебный телефон сам ожил.
— Макс, Марков сбежал. Наши ребята прочесали абсолютно всё. Его офис, склады, квартиры, загородный дом, — слышу взволнованный голос начальника, — есть куда бы он мог направиться?
— Чёрт, — сжимаю крепче больную руку в кулак, из ран которой просочилась кровь, — куда угодно. У него везде связи. Надо перекрыть городские трассы.
— Уже сделано. Пока безрезультатно. Если до завтра ничего не будет, то мы его потеряем окончательно.
— Нет, нет. Нельзя, — моя надежа на спокойное будущее рушится как карточный домик. Я засветился перед Марковым. Охота начнётся и на меня. А если ещё он узнает, что Миша был моим братом, то у него появиться цель уничтожить меня и всех моих близких людей.
— Макс, приезжай на базу. Проработаем все зацепки, — даёт команду начальник.
