Я мгновение изучаю его выражение. Оно напряженное. Обеспокоенное. Тоскующее. Противоречивое. Он стоит с прямой спиной, слегка опустив голову, руки по бокам, ноги расставлены, ладони сжаты. Он выглядит так, будто борется с собой, чтобы не броситься ко мне, схватить и снова поцеловать.
Скрестив руки на груди, я смотрю на него.
— Я в порядке. Спасибо, что спросил. А ты?
— Отлично. Спасибо.
Его напряженный взгляд блуждает по моему телу. Он облизывает губы и переминается с ноги на ногу.
— Коул, если ты всерьез думаешь, что можешь вести себя так, будто между нами нет никаких чувств, и мы просто будем жить, как ни в чем не бывало, то ты не так умен, как я думала.
— Я никогда не говорил, что чувств нет. Я сказал, что мы ничего не можем с ними поделать.
Я смотрю на него в красивом темно-синем костюме, с его великолепным лицом и сильным телом и удивляюсь, как такой идеальный образец мужчины может быть таким нелепым.
— Значит, ты планируешь провести остаток жизни в одиночестве, так?
— Да.
— Ты идиот.
— Также да. Ты сегодня прекрасно выглядишь. Мне нравится этот цвет на тебе.
— Цвет? На мне черное.
— Это прекрасно. Ты настолько идеальна, что я могу ослепнуть.
Я ничего не могу с собой поделать. Несмотря на свою обиду и растерянность, я улыбаюсь.
— Знаешь, для человека, который пытается убедить меня, что у нас не может быть отношений, ты ужасно справляешься.
— Я не хочу, чтобы ты думала, что это потому, что я тебя не хочу. Я хочу тебя так, как никогда ничего не хотел. Но я не подхожу тебе, Шэй. Я не... хороший.
Мое сердце прикипело к этому мужчине. Он смотрит на меня с такой серьезностью на лице, в глазах и голосе, пытаясь объяснить мне, почему мы не можем быть вместе, но я едва слышу его из-за стука своего пульса. В моих ушах стоит оглушительный рев: «Целуй меня, целуй меня, целуй меня!».
Я сажусь на край его стола и закрываю глаза, пытаясь отгородиться от всего этого.
Мгновение спустя он проводит рукой по моим волосам.
— Ты действительно в порядке?
Его голос мягкий, близко к моему уху. Я киваю, но не открываю глаза, потому что хочу, чтобы он продолжал прикасаться ко мне.
— Мне жаль, что ты не могла уснуть. Это из-за меня?
Я снова киваю, вдыхая его запах и наслаждаясь теплом его тела. Должно быть, он стоит совсем близко.
— Шэй. Мне так жаль.
— Все в порядке.
— Это не так. Я не хочу быть причиной твоих бессонных ночей.
— Ничего плохого не случилось. Просто я проснулась и вспомнила, как ты назвал меня «милая» прошлой ночью. Ты называл меня «милой», когда заботился обо мне, как и в ту ночь в отеле.
Наступает напряженная пауза, прежде чем я открываю глаза и смотрю на него. Коул в нескольких сантиметрах от меня, смотрит на меня жадным взглядом, его рука в моих волосах, губы приоткрыты. На его шее пульсирует вена.
Я кладу ладони ему на грудь и шепчу: — Я хочу, чтобы ты снова так меня назвал, но когда будешь во мне.
Поскольку я держу руки на его груди, то чувствую его реакцию на мои слова. Его сердцебиение начинает скакать, а мышцы живота напрягаются. Он делает резкий вдох. Затем собирает мои волосы в свою большую руку и сжимает их в кулак.
Этот простой жест так возбуждает меня, что я почти стону. Я смотрю на него с учащенным пульсом и затвердевшими сосками, умоляя его глазами прижаться к моему рту.
Глаза горят, он вздыхает: — Что ты со мной делаешь?
— То же, что ты делаешь со мной. Пожалуйста, Коул. Поцелуй меня. После этого ты можешь отослать меня. Я обещаю, что уйду, если ты попросишь, но, пожалуйста, просто поцелуй меня еще раз, пока я не сошла с ума.
Его веки дрожат, голос становится хриплым.
— Прекрати умолять. Ты, блядь, убиваешь меня.
— Пожалуйста.
Коул закрывает глаза и стонет. Я встаю, скольжу руками по его груди и обхватываю его плечи, а затем с легким нажимом провожу губами по его губам. Прижавшись к его губам, шепчу:
Его голос становится хриплым.
— Это опасная игра, в которую ты играешь.
— Это не игра.
Его эрекция упирается в мое бедро, дыхание неровное. Я знаю, что Коул близок к тому, чтобы сорваться и потерять контроль над собой. Он на грани того, чтобы отпустить меня и прижаться своим ртом к моему.
Чтобы подтолкнуть его к этому, я облизываю его губы от одного уголка рта к другому, нежно касаясь языком. Затем так же нежно беру его нижнюю губу между зубами и прикусываю.
Он реагирует так быстро, что я не успеваю понять, как это происходит.
Одним движением Коул разворачивает меня и толкает лицом вниз на свой стол. Я наклоняюсь над его краем, моя грудь прижимается к блокноту, а задница к его промежности, пока он стоит позади меня.
Положив одну руку мне на бедро, а другой обхватив меня за шею, он наклоняется и говорит мне на ухо таким горячим и грубым голосом, что у меня подкашиваются ноги.
— Ты же не хочешь, чтобы я потерял контроль над собой, красавица. Ты же не хочешь, чтобы я спустил монстра с поводка. В ту ночь, что мы провели в отеле, я прикидывался милым, но милый — это не я. Я все время говорю тебе, что я нехороший, но ты отказываешься слушать.
