— Ты ведь понимаешь, что я не уйду? — вытирая большими пальцами, соленые дорожки слез, которые она все же не смогла сдержать, проговорил я, и тут же прижал девушку к себе, крепко обнимая ее за подрагивающие плечики, целуя в макушку, нашептывая что-то успокаивающее, совершенно не узнавая в этих действиях себя.
— Боже мой, Кир, пожалуйста…пожалуйста! Уходи! — пытаясь меня оттолкнуть, пуская в ход свои маленькие кулачки, захлебываясь в собственных слезах, выкрикнула девушка, а я лишь сильнее прижал ее к себе.
— Даже не подумаю.
— Уходи! — с силой ударив меня по груди, тем самым заставив разомкнуть объятия, прочеканила Аня, с горящими, опухшими глазами смотрящая на меня. — Уходи, Кирилл!
Мне не было больно от ее удара. Совершенно не было. Мне было больно оттого, что она прогоняла меня. Что она даже не стремилась принять мою помощь, зная, что я сделал бы все для нее. И это злило. Чертовски злило. И сердце сжималось от обиды, обиды на нее, заставляя меня поступать неразумно.
Я схватил ее, приподнимая, и перекинул через плечо, стараясь держать свои руки подальше от ее обнаженного тела, что было нелегко, из-за отсутствия на ней маломальского белья. Кулачки Ани забарабанили по моей спине, она возмущенно что-то кричала, пока я нес ее в комнату, быстро сориентировавшись в небольшой квартире, лишь для того, чтобы она оделась, а меня не смущал ее вид, после чего я намеревался с ней спокойно поговорить.
— Я ненавижу тебя! Я. Тебя. Ненавижу! — сощурившись, ткнув тонким пальцем прямо в мою грудь, как только я отпустил ее, сквозь зубы процедила шатенка, а я облокотился о дверной косяк, смотря на нее сверху вниз.
— Ага, другому это рассказывай, — сложив руки на груди, измерив ее пристальным взглядом, бросил в ответ я, видя, как отказывают ее нервы и как она сдается.
Аня еще какое-то время смотрела на меня, шумно, сбито дыша, поджав губы, после чего от злости топнула ногой, а я не смог скрыть улыбки, и покачал головой.
— Не веди себя как ребенок, — ровным голосом проговорил я, и быстро сориентировавшись, поймал ее занесенную для удара руку. — Совсем сдурела?
— Почему ты не можешь просто взять и оставить меня в покое?!
— Потому что…потому что ты мне небезразлична, — выдавил из себя я, смотря прямо в раскрасневшееся от тысячи эмоций лицо девушки, которую я никак не мог выкинуть из своей головы несколько месяцев. — Потому что ты мой друг, Аня.
Бля, Кир, вот это сказал, так сказал. Серьезно? Друг? Ага, как же. Почему же тогда член так на нее стоит?
— Как это жалко: «потому что я твой друг», — иронично протянула Белова, а я остудил ее взглядом, и девушка, шумно выдохнув, посмотрела на меня исподлобья. — Я хочу посмотреть фильм. Что-то жутко ужасное, но в то же время жутко смешное, составишь компанию? — наконец сдавшись, поняв, что я никуда не уйду, и вытурить меня у нее не получится, проговорила Аня.
— Без проблем. У меня есть парочка фильмов на примете, — холодно отозвался я, по-прежнему упираясь плечом в косяк двери.
— Но не комедию с плоским юмором. Я хочу что-то стоящее, как «Зомбиленд», к примеру, — как-то неопределенно пожав плечами, отозвалась девушка, и развернулась к шкафу, начала в нем рыться, я же направился к плазме, включая ноут, который лежал на тумбочке.
— Я не собирался кормить тебя комедиями, — зачем-то бросил через плечо я, начиная рыскать в поисковике название фильма, которое никак не мог вспомнить.
— Да? А мне казалось, что ты все еще хочешь продемонстрировать мне гений кинематографа, а именно «Убийцы вампирш-лесбиянок», — фыркнула за моей спиной девушка, явно переодеваясь, я же не смел обернуться, хоть и не отказал себе в возможности подглядеть за ней в отсвечивающий монитор.
У Ани была красивая фигура. Она не была худой, тощей, она была стройной, красиво стройной. Никакой угловатости, к которой, почему-то, стремятся девушки, исключительная женственность. Красивый, подтянутый животик, налитая грудь и округлая задница. Все то, что так нравилось парням, присутствовало в ней, как и роскошные, мягкие волосы, которые я обожал пропускать сквозь пальцы. Она была веселой, хоть и часто строила из себя непонятно что в новых компаниях, не зная как себя подать. Это было забавно и вызывало улыбку, с желанием ее придушить, но я как-то справлялся, все чаще ловя себя на мысли, что мне нравится эта девочка, что мне нравится в ней все, даже ее убийственный характер.
— Нет, ну ты только представь, сколько это мороки? Мало того, что нужно сначала найти вампиршу, так потом еще убедиться, что она лесбиянка, и не дай бог, она ей не окажется, придется же отпустить! Жесть же, ну? — продолжила возмущаться Анька, вспомнив, как пару дней назад, я предложил ей посмотреть этот шедевр.
— Ты же понимаешь, что я должен был с кем-то этим поделиться?
— Но почему со мной? Почему этим идиотизмом не поделиться с Морозовым, к примеру?
— Потому что он послал бы меня раньше, чем я успел бы сказать название фильма.
— А я, значит, послать не могу?!