Воспоминания обрушились сами собой. Прошлый год. Навязчивость, преследования, домогательство. То, что начиналось как знаки внимания влюблённого парня, быстро приобрело оттенок безумия и превратилось в настоящий кошмар. Макс долго преследовал меня в моих худших снах. Я неделями не могла заснуть без ночника, и это в семнадцать лет! Постоянно носила с собой перцовый баллончик. Отпускать всё это я стала лишь весной. Но сейчас… страх вернулся.
— Мы знакомы? — вскинул бровь Феликс.
Оказывается, он тоже обернулся и, кроме того, решил, что Макс обращается к нему. Ну конечно, откуда бы мне или девочкам быть знакомыми с Гремучими.
— Ой, ты думаешь, я к тебе обращался, симпатяжка? — фыркнул старый знакомый. — Нет, я здоровался со своими старыми подружками. Лина, Мила, Соня, давно не виделись.
Девчонки дружно вышли вперёд, прикрывая меня своими спинами. В этот миг я стала им так благодарна, что готова была пасть на колени. Мила скрестила руки на груди.
— Какая неприятная встреча, — скривилась она.
Вот это была моя подруга. Та, что готова дать бой любому негодяю. Прежнее волнение и страх скрылись в тени её разума.
— Что пай девочки забыли здесь в такой час? — продолжал напирать он.
— Меня развлекают, а что? — вставил свои пять копеек Феликс.
Кажется, он успел оценить собеседника, и поэтому решил набросить образ избалованного богатенького паренька, которым, отчасти, и являлся на самом деле.
— Ой, Лина, так вот он? Тот парень, про которого ты мне все уши прожужжала?
— Твоя подружка, Макс? — хмыкнул один из его дружков.
Только сейчас я обратила внимание на то, что Макс пришёл не один. Кажется, он вообще просто проходил мимо в компании таких же отбитых негодяев, как и он, но вдруг заметил знакомые лица. Парней было четверо. Каждый был непредсказуем.
— О да, это моя старая и очень интересная подружка, — улыбнулся парень.
По спине побежал холодок. Мила, как всегда, держала оборону.
— Слушай, тебе того раза мало было, или еще раз попросить Алека размазать твою физиономию по асфальту? Возможно, в этот раз он решит, что новая форма носа пойдёт тебе больше.
Эти слова явно задели Макса, он ощетинился и подошёл ближе.
— Вот так ты встречаешь старых друзей, Мила Арден? Легко, наверное, угрожать. Только вот твоего парня нигде не видно.
— А что? Ты вновь готов ударить девчонку? — не сдавалась подруга.
Друзья Макса озадаченно переглянулись, но настроя не изменили. Тот уже почти вплотную приблизился к Миле. Однако его остановила ладонь Феликса.
— Шел бы ты отсюда, да по-хорошему, — протянул он, вклиниваясь между ними. — Давай не будем разводить шум и портить всем вечер.
Эта была чертовски милая попытка, но Феликс не знал, кто стоит перед ним. Макс был безумцем, идущим до конца.
— Кажется, я тебя вообще не спрашивал, — прошипел он. — Эй, Лина, солнышко. Почему ты молчишь? Я так соскучился по твоему сладкому голосу! А пахнет от тебя всё так же умопомрачительно?
Я сглотнула и прикрыла глаза. Сердце колотилось, как сумасшедшее. Вот, тот момент, которого я так боялась. Мне придётся встать с Максом лицом к лицу, как бы я не пыталась избежать этого. Вариантов было два: бежать или бороться. Ни в одном из этих способов я не была сильна. Но что я буду за человек, если позволю кому-то обращаться со мной так? Как с игрушкой? С вещью? С ничтожеством. Почему я должна слушать мерзости от кого-то, вроде Макса?
Я искоса взглянула на Милу. Образ подруги всегда меня подбадривал. Её сила и отвага придавали уверенности. Макс всегда был жалким и слабым, бравада руководила им лишь перед юными школьницами. Мне становилось дурно от одной мысли, сколько же других девочек могло оказаться, если не оказалось, на моём месте. С этим точно надо что-то делать.
Вздохнув, я гордо вскинула голову, нацепив образ, как это недавно сделал Феликс. Медленно обойдя друзей, я встала прямо перед своим обидчиком.
— Ну что, Макс? Соскучился? Нравится мой запах? — он мерзко самодовольно улыбнулся. — Наслаждайся, пока можешь. Это первый и последний случай, когда я добровольно приближаюсь к такой грязи, как ты. Запомни раз и навсегда: ты можешь засунуть свои мерзкие извращённые фантазии обо мне в своё самое глубокое место. Потому что я никогда, запомни, никогда, даже не посмотрю в твою сторону. Ты самый гнусный человек на земле, и мне противно даже дышать с тобой одним воздухом, не то, что допускать мысли о тебе. И я надеюсь, что ни одна женщина на земле не допустит такой ошибки.
Я вложила в эту речь столько желчи, сколько вообще была способна выплеснуть. Раньше я никогда никому не говорила подобного, но и такой глубокой ненависти я никогда ни к кому не испытывала. Лишь к Максу. Я ждала, что он снова улыбнётся, продолжив свою игру. Или сбежит, поджав хвост, как делал раньше. Но вместо этого он замахнулся и дал мне такую пощёчину, что искры посыпались из глаз.
— Ах ты грязная шлюха! — заорал он.
