— Да, потому что у тебя было к ней какое-то дело, — припомнила я.
Инга слегка улыбнулась.
— Не совсем. Дело у меня было одно — увести Киру подальше от всех этих разговоров, — она глубоко вздохнула. — У Киры есть брат. Его зовут Марк. И у него довольно сложные отношения с такими, как ты.
Она вновь повернулась к Феликсу. Тот нахмурился, обдумывая её слова. Я же смотрела на Ингу во все глаза.
— Как это у неё есть брат? Мы знакомы уже… года четыре? Я никогда о нём не слышала.
— Разумеется, нет. Кира не любит о нём говорить, хотя они и довольно близки.
— Что ты имеешь в виду, под «довольно сложными отношениями»? — вернулся к основной теме Феликс.
Подруга внимательно на него посмотрела.
— Марк, как и Кира, рос не в самых благоприятных условиях. Но это не помешало ему довольно быстро сделать себе имя среди уличных банд. Всё шло хорошо, даже отлично, пока Марк не влип в историю с богатыми ребятами. Я не знаю, подробностей, Кира никогда о них не распространялась. Я знаю лишь, что он обманным путём украл у какого-то обеспеченного парня довольно приличную сумму. И сильно обжегся, поняв, что не все мажоры лопухи.
Желудок неприятно свело, я уже предчувствовала плохую развязку всей этой истории.
— Они подкараулили его, когда тот встречал Киру из школы. Ей тогда было четырнадцать. Они схватили Марка и решили поразвлечься.
— В каком смысле поразвлечься? — отсутствующим голосом спросил Феликс.
Инга обернулась в сторону коридора. Лишь убедившись, что никто нас не подслушивает, девушка пояснила:
— Эти… монстры. Они порезали ему лицо. А на груди вырезали сумму долга, чтобы он никогда об этом не забывал. Порезы были не смертельными, но достаточно глубокими, чтобы остались уродливые шрамы. И число было… семизначным.
Она выдержала паузу, дав нам переварить услышанное. Феликс побледнел, а гнев в нём выдавали лишь крепко сжатые челюсти.
— Они бы убили его на месте. Но Кира умоляла их об отсрочке. И те дали Марку три дня, чтобы выплатить долг — продолжила Инга. — В противном случае они пришли бы и за Кирой.
— Какие ублюдки, — ругательство сорвалось с уст друга.
— И они не пошли в полицию? — нахмурилась я.
— И на чью сторону бы они встали? — горько усмехнулась девушка. — Парень из трущоб против наследника крупной империи. Скорее всего, они подстроили бы всё так, словно на него напал один из своих.
На языке вертелся вопрос об отце Инги, он ведь еще тогда варился в большой политике. Но мне не хватило мужества задать его напрямую.
— Помню, как она примчалась ко мне. Вся в грязи, крови и слезах. Но не для того, чтобы попросить папу о помощи, — словно прочитав мои мысли, сказала Инга. — Она попросила у меня денег и врача, который не стал бы болтать.
— И ты дала ей деньги в долг? — уточнил Феликс.
— Я просто дала ей деньги, — поправила Инга. — Но Кира пообещала выплатить всё, до последней копейки. Она устроилась для этого на три подработки.
— Она же была совсем ребёнком!
— Да, Лина, она была младше, чем Марсель сейчас.
— И когда она выплатила долг? — вновь спросил Феликс.
Инга посмотрела на него долгим, очень долгим взглядом.
— А кто сказал, что она его уже выплатила? Она продолжает переводить мне деньги до сих пор.
— Великие силы, — прошептала я.
И вновь между нами повисла тягостная тишина.
— Она думает, что я такой же, как и они? — наконец озвучил пугающую мысль Феликс.
— Ты посмотри на Змеев. Глеб был таким, как они, затем Алек.
Феликса её слова, казалось, оскорбили.
— Да, только я никогда не поощрял подобного и не был частью этого.
— Возможно. Но ты являешься частью неприкосновенного мира. А Кира… Думаю, она давно перестала задумываться: кого относить к злодеям, а кого к героям.
— То есть, раз у меня есть деньги, значит, это автоматически делает меня избалованным мажором, который позволяет себе всё, что хочет?
— Для неё да, — без обиняков заявила Инга.
Я тихо кашлянула, привлекая к себе внимание.
— Конечно, ты ни капли не похож на Кристиана и ему подобных. Но я могу так говорить, потому что знаю тебя. Знаю, насколько ты внимательный, ответственный, сопереживающий. Знаю, что ты очень предан своим людям и никогда никому не навредишь. Но если бы я тебя не знала, то со стороны ты и в правду похож на избалованного парня. Ты покупаешь, что хочешь и когда хочешь, летишь куда хочешь и когда хочешь, делаешь тоже что хочешь и когда хочешь. Да, ты не хочешь вредить людям, но если бы ты захотел, то мог бы. И тебе вряд ли что-то за это было.
Феликс уставился на меня, не веря своим ушам.
— Не смотри так на меня. Я не хочу тебя оскорбить.
— Разве? Что-то не похоже.
И хоть меня задела его реакция, я пообещала себе на неё не реагировать. В Феликсе просто говорит усталость. Он это не всерьёз.
— Я имею в виду, что если ты сможешь показать Кире, что ты совсем не такой, как она думает. То это всё изменит.
Пока Феликс не успел сказать чего-то, о чём в последствие может пожалеть, Инга поспешила вновь вклиниться в диалог.
