— И ты не позволил, ты спас его.
— Но какой ценой? — вздохнул друг.
Выражение лица сразу выдало, что сейчас все мысли Алека были о Миле.
— Эта ночь оставила свой след на каждом из нас, и боюсь это не простое пятна, а самые настоящие шрамы. Но только от нас зависит: сплотит ли это всех или разобщит.
— Следы… — протянул Алек и, посмотрев на мою скулу, поморщился. Я даже боялась вообразить: насколько всё плохо. — Я сделаю всё возможное, чтобы это сплотило нас.
— И я тоже, — кивнула я.
Не сговариваясь, мы дружно потянулись друг к другу. Алек обнял меня за плечи, я же обхватила его за талию. В этом не было ничего интимного, лишь обещание преданной дружбы. Обещание надёжного плеча рядом. Я старалась запомнить каждый миг этих объятий. Всепоглощающе прожить этот прекрасный момент.
— Что бы ни случилось, ты, Алек Антверлен, можешь на меня рассчитывать, — клятвенно пообещала я. — Знай, что у тебя всегда, на протяжении всей твоей жизни, есть и будет преданный друг.
— Ты тоже всегда можешь на меня рассчитывать, Лина Солмей, — прошептал в макушку он. — Я никогда не предам тебя, никогда не отвернусь и всегда буду рядом.
Я улыбнулась прямо ему в куртку. Чувствуя, как наши внезапные клятвы обретают силу. Мы постояли так еще какое-то время, вслушиваясь в приятную тишину, нарушаемую лишь стрекотанием сверчков, шелестом ветра и нашим дыханием.
— А ты тёплый, — наконец выдала я. — Но пахнешь, как горелая резина.
В ответ Алек весело фыркнул, а затем перевёл взгляд на небо. Я повторила его действие и обомлела. Всё небо было усыпано звёздами.
— Обалдеть!
— Такого в городе не увидишь, — восхищённо добавил друг.
Я вообще не могла припомнить ночи, когда небо не было бы занавешено облаками. Казалось, звёзды вообще не обитают в наших краях. Но сегодня привычный для меня мир рухнул во всех смыслах.
Я уже собралась напомнить Алеку о том, что нам пора торопиться, как небо озарила падающая звезда.
— Ты видел?! — словно шестилетняя, воскликнула я.
— Видел, — улыбнулся Алек, а через миг шепнул — Не забудь загадать желание.
Зажмурившись. Я так и поступила. А через минуту мы уже летели навстречу ночи.
К особняку мы подъехали довольно тихо. Присутствие выдавал лишь хруст гравия под колёсами, да лёгкий шум мотора. И хотя во дворе было довольно темно, я всё равно мгновенно различила Феликса, присевшего на нижней ступени боковой лестницы.
Парадных входа в особняк было два: первый — это величественная гранитная лестница, чьи ступени вели к просторной террасе второго этаже, и второй — это высокие дубовые двери чуть поодаль, ведущие к этажу первому.
Пальцы Феликса сжимали уже знакомый мне стакан с янтарной жидкостью, он по-прежнему оставался в одной рубашке, словно совсем не чувствовал холода. А может, после всех событий минувшей ночи — заигрывания погоды были для него не более чем мелкой досадой. Судя по тому, с каким наслаждением он подставлял лицо прохладному ветерку, так оно и было.
— Ты решил уничтожить все запасы в моём баре? — усмехнулся Алек, подходя к другу ближе.
Феликс медленно поднял на него глаза.
— Знаешь, сегодня для этого как никогда есть повод.
Сразу после этих слов, Феликс протянул стакан Алеку, тот, не задумываясь, принял его.
— Ты тут… — я не знала, как правильно подобрать слова — отходишь от произошедшего?
— И да, и нет. Конечно, двадцать минут тишины и выпивки, без какого-либо стресса очень приятны, но на самом деле я тут жду вас. Точнее, тебя, Алек.
Что-то в его голосе заставило меня насторожиться. Судя по тому, как напряженно поднял голову Алек, он тоже уловил эти нотки.
— Что случилось?
Феликс резко вскинул ладони, поняв, что задал неправильный тон.
— Нет-нет, ничего не случилось. Просто… — он глубоко вздохнул — Мила ведёт себя странно. Она словно в трансе, не разговаривала ни с кем из нас всю дорогу. Хотя, не сказать, что нас самих тянуло на поболтать. Сам понимаешь, каждому сегодня досталось. Но ей будто больше других. И что-то мне подсказывает, что это из-за тебя, а не из-за Кристиана или гонок. Я не знаю. Просто решил предупредить тебя заранее, чтобы ты был готов к любому исходу.
С каждым произнесённым словом шестерёнки в голове Алека крутились с новой силой.
— Она очень сильно за тебя беспокоилась — добавила я. — Возможно, у неё просто шок, и она сейчас отходит от него.
Кажется, мои слова ничуть его не утешили. Алек схватился за переносицу и глубоко вздохнул. Лишь сейчас я поняла, насколько сложной была ночь и для него. Особенно для него. И вместо долгожданного покоя, парня ждали очередные разборки. Только уже не с бандой ядовитых джентльменов, а собственной девушкой.
— Всё будет хорошо, — шепот слетел с моих губ. — Я буду рядом и поддержу, чем смогу.
Феликс кивнул, подтверждая свою солидарность.
— Тогда давайте не затягивать, — подытожил хозяин дома и, отпив еще глоток, пошагал наверх.
