Если Болас нацелился только на покорение Равники – даже будь это само по себе только шагом к созданию еще более многочисленной Орды Ужаса, предназначавшейся для Доминарии, или для Иннистрада, или для всей Мультивселенной – планы дракона как-то уж слишком усложнены. Зачем волочь сюда и приводить в действие Бессмертное Солнце, тем самым вынуждая сильнейших потенциальных врагов остаться здесь и вступить в бой? Разве чистое поле не предпочтительнее? И может ли оказаться случайным совпадением, что как раз в это время Нив-Миззетов Маяк сзывает мироходцев сюда, к Бессмертному Солнцу, в ловушку?
«Нет».
Джейс мог прозакладывать что угодно: Нив с Зареком создали и активировали Маяк, благодаря какой-то хитрости Боласа. В сочетании друг с другом Маяк и Солнце являли собой большую часть головоломки. Нет, это не просто ловушка для изрядно потрепанной Стражи!
«Ловушка расставлена на всех, на каждого мироходца, сколько ни есть их в Мультивселенной».
Да, в этом Джейс нимало не сомневался.
«Однако последнего кусочка головоломки все еще не хватает. Вот ловушка расставлена… а как и когда сработает?»
Тефери выбивался из сил, замедляя время вокруг Межмирового Моста, замедляя движение Вековечных, замедляя их реакцию. Джейс по возможности творил вокруг портала иллюзии, стравливая Вековечных друг с другом, создавая заторы перед его разверзшейся пастью. Карн, заняв наивыгоднейшую позицию, крушил черепа Вековечных, миновавших чары Тефери и Джейса, истреблял всех, до кого сумеет достать. Для них троих тактика эта была весьма эффективной. Однако этого было мало – все равно, что затыкать пальцем брешь в плотине, тогда как бурные волны Вековечных текут, огибают ее справа и слева.
Воспользовавшись собственной версией заклинания дальнего зрения, такого же, как у Лавинии, Джейс взглянул в сторону Никола Боласа на троне. Несмотря на иллюзии невидимости, которыми Джейс укрыл от посторонних глаз Карна, Тефери и себя самого, он был уверен: Боласу известно, что они здесь.
«И ему на это попросту наплевать. А может быть, на самом деле он даже рад?»
При помощи тех же чар Джейс бросил взгляд и на Лилиану Весс. Попробовал без лишнего усердия заглянуть в ее мысли, но не сумел: слишком уж много телепатического шума создавали духи Онакке, обитатели Кольчужной Завесы, скрывавшей ее лицо. Плюс к этому, любым попыткам проникнуть в сознание своей пешки или повлиять на нее, по всей вероятности, препятствовал Болас.
Поступком Лилианы Джейс возмущался до глубины души, но вместе с этим жалел ее. Приняв сторону Боласа, она потеряла настоящих друзей, а ведь больше Лилианы Весс в настоящих друзьях не нуждался никто во всей Мультивселенной.
Гидеон доверял ей, полагался на нее – одним словом, он в Лилиану верил. Чандра любила ее, словно сестру. А Джейс…
«Любил ли ее я?»
Разве что некогда. Лилиана его использовала, манипулировала им на каждом шагу. Обращалась с ним, будто с игрушкой… или же с инструментом. Орудием.
«Во всех возможных смыслах этого слова».
Однако факт оставался фактом: когда-то он, Джейс, испытывал к Лилиане искренние чувства. Если уж быть до конца честным, испытывал до сих пор. Нет, он больше не любил ее, таинственный ореол соблазнительницы Лилианы Весс больше не кружил ему голову, но…
«Проклятье, но она до сих пор мне небезразлична!»
Вдобавок, он никак не мог избавиться от мысли, что и сам ее крепко подвел. Что он вполне мог достучаться, дотянуться до нее, выволочь стяжавшую дурную славу темную некромантку на свет. А ведь он видел, что она тянется к нему, знал, что, даже пытаясь манипулировать им, она – на свой извращенный, ущемленный лад – в самом деле пытается протянуть к нему, к Джейсу Белерену, связующую нить. Однако он – в один, а то и два важнейших, ключевых момента – нить эту оборвал…
«И поделом ей – после такой гнусности!»
Однако и Лилиана заслуживала лучшего отношения…
Разумеется, подвел Джейс не только ее. Список был длинен, а начинался всеми десятью гильдиями Равники.
«Проклятье, а ведь не только гильдиями…»
Теперь в этот список он смело мог занести всех жителей Равники до последней живой души. Да, власть Воплощения Договора никогда не доставляла Джейсу особой радости, но этой власти он сейчас был лишен. А Рал с Лавинией объяснили, отчего попытка объединить гильдии и даровать Нив-Миззету силу, достаточную для уничтожения Боласа, не удалась. И как бы Джейсу ни хотелось обвинить их в избытке гордыни, сам он тоже был со всех сторон виноват. Окажись Воплощение Договора на месте, выполни свой растреклятый долг, и Ниву с Ралом незачем было бы во все это ввязываться…
И не только, не только! Если бы Джейс не сделал того, что сделал с Враской, не стер бы из ее памяти всю правду о злоумышлениях Боласа, она не пустила бы прахом все надежды на объединение гильдий. Вернись он на Равнику, как обещал, и восстанови ее память, в эту минуту горгона была бы рядом, дралась с ним плечом к плечу, опираясь на совокупную мощь десяти гильдий и всю магическую власть Воплощения Договора.
«И все это – на моей совести, – подумал Джейс. – Но как же мне не хватает Враски…»
