Уже через час впереди показался плетеный забор, обросший крупными листьями, скрывавшими под собой длинные и очень острые шипы. За плетнем оказался лагерь. Даже в таком, походном варианте, эльфы умудрились устроиться со всеми удобствами, вырастив себе небольшие шатры.
Ашту остановили примерно в середине лагеря.
Сзади тут же подскочил еще один остроухий и пораженно замер, расширившимися глазами глядя на упершийся в шею хопешь.
— Опусти оружие, Всадник! — спокойно велел эльф, который шел за его спиной.
В наступившей тишине отчетливо послышался скрип натянутых луков.
Ашту бросил косой взгляд, оценив остроту направленных на него стрел, но оружие убирать не спешил, насмешливо поинтересовавшись:
— То есть, вы привели меня сюда, чтобы пристрелить?
— Нет. Они привели тебя, потому что я приказал, — такой же насмешливый и холодный голос раздался от самого большого шатра.
Ашту еще несколько долгих мгновений постоял, нервируя эльфов своим задумчивым видом, а после убрал хопеш и обернулся.
У шатра стоял высокий мужчина с коротко остриженными, какими-то желтыми, словно светящимися волосами. Вполне гармоничное и симпатичное лицо не портило даже холодное, высокомерное выражение.
— Кто ты?
— А ты еще не понял? — усмешка на лице желтоволосого стала чуть шире и надменнее.
— Свет, — констатировал Ашту, разглядывая белые одежды и мертвые, светящиеся глаза.
— Именно. Поговорим, Всадник?
— Обязательно, как только я удостоверюсь, что девочка жива.
— Да, пожалуйста, — махнул Свет рукой и в тот же миг рядом с ним материализовалась связанная фигурка Шиес.
В первое мгновение она удивленно хлопала глазами, пытаясь выдрать из веревок руки, а рассмотрев встречу, радостно заорала:
— Ашту! Я знала, что ты за мной придешь.
— Да пришел, ты была права, малышка, — недобро усмехнулся Свет и сделал пас рукой. Шиес пропала.
Ашту стоял улыбаясь, но рядом не было никого, кто умел читать его эмоции. Всадник сейчас ненавидел и себя, за то, что не мог вовремя сказать нкаран свое мнение, и ее, за глупость, за детское желание хвастаться всем своими связями и привязанностями, и Свет, за его нечестные игры.
— Прошу, — Свет отошел чуть в сторону, указывая Ашту рукой на вход в шатер.
Всадник молча прошел внутрь. Огляделся с легким интересом. Все же умели эльфы жить красиво. В шатре почти не было свободного места. Два удобных кресла, и не скажешь, что сплетенных из растений, стояли у маленького, аккуратного столика уставленного яствами и питьем. Широкая ширма отделяла видно спальное место. У одной стены ветви формировали крючки, увешанные оружием и одеждой. У другой стояли такие же плетеные сундуки. При этом все цвело и пахло. С потолка все на тех же лианах свисали яркие светляки, слепившие глаза и практически не оставлявшие места для тени.
— Нравится? — со смешком спросил Свет и прошел мимо Ашту к одному из кресел.
— Нет, — честно ответил Ашту, без дозволения усаживаясь во второе.
Свет не обиделся. Усмехнулся и вновь чуть взмахнул рукой, наполняя бокалы. Полюбовался на безразличное лицо адруга и, досадливо поморщившись, взял один из них.
— Угощайся, — предложил и Ашту.
— Зачем я тебе? — не выдержав неторопливости и своеобразности беседы, спросил Ашту.
Свет торопиться не собирался. Сделал глоток и покрутил бокал перед глазами. Откинулся в кресле, изучая Всадника взглядом прищуренных глаз.
— Я хочу предложить тебе сотрудничество, — неторопливо проговорил он.
— Мне? — изображая удивление, ткнул Ашту себя в грудь, полюбовался чуть склонившим голову Светом и уточнил, — почему именно мне?
— Ты светлый, сильный и умный, а главное — тебе не впервой идти против своих.
Ашту промолчал. Уставился в лицо мужчины задумчивым взглядом и судорожно перебирал варианты выхода из этой ситуации. Свет не торопил, точно с таким же выражением следил за закаменевшей физиономией, застывшей насмешливой улыбкой на губах, и улыбался сам. Наконец ему надоело, тем более Несущий страх предупреждал — давать много времени думать этому человеку нельзя.
— Ну, так что? Со своей стороны, могу пообещать тебе награду.
— Зачем тебе это? — отмирая спросил Ашту и расплылся в кресле, принимая наиболее удобную и развязную позу.
— Зачем? Я хочу видеть его реакцию, когда его же создания пойдут против. Хочу, чтобы именно его Всадники стали причиной его поражения.
— А если я откажусь? — хмыкнув уточнил Ашту.
— Ты умрешь, — спокойно, даже слегка скучающе ответил Свет. — Сначала посмотришь как умрет она, а потом умрешь. А твою голову наденут на самое высокое дерево. Чтобы ваша армия видела, чего стоят их Всадники.
Ашту кивнул, улыбаясь своим мыслям.
— А если соглашусь?
— Останешься в живых, — пожал Свет плечами. — Мне даже против себя идти не придется, ты же светлый, — хохотнул он.
— А Шиес?
— Девчонка? Хочешь и ее отпущу.
— И как далеко она сможет уйти? — насмешливо уточнил Ашту.
— Хорошо… я не просто отпущу ее. Я сделаю ее неприкосновенной. Ее и ваших детей, если тьма в них победит.
— Неприкосновенными. Среди светлых, которые будут их ненавидеть, — задумчиво шепнул Ашту, вглядываясь в вино, сверкавшее рубинами в отблесках света.
