– Это не мой Эдвард!
Что-то с грохотом упало, и Каз поспешил на шум. Первое, что Каз увидел, открыв дверь комнаты Эдварда, был он сам. Каз отражался в огромном зеркале на двери шкафа-купе. Когда он был здесь впервые, шкаф был закрыт и отражение не бросалось в глаза при входе. Сейчас же дверца была отодвинута. Рядом стоял отец семейства, держа в руках сложенный ремень. Сам Эдвард забился в угол, между стеной и кроватью.
– Что здесь происходит? – спросил Каз.
– Убирайтесь! – зло бросил Карел.
С ним Каз разговаривать не хотел, поэтому обратился к Софии.
– Пани Горакова, – Каз постарался вложить в голос всю свою убедительность. – Это именно тот момент, когда нам нужно посмотреть на вашего сына.
– Вам тут не на что смотреть, – вмешался Карел. – Уйдите. Вас не касаются наши методы воспитания.
София подошла к мужу и вцепилась в рукав его рубашки.
– Карел, послушай, пожалуйста, что говорит Казимир.
Карел резко дернул рукой, будто стряхивая Софию.
– Я и так знаю, что он говорит. Все это чушь и шарлатанство.
София судорожно вздохнула, а потом, будто с опаской, снова взяла мужа за руку.
– Карел, пожалуйста, только один раз. Давай оставим их, милый? Один раз и потом… Если это не поможет, то ты всегда сможешь… Ты же знаешь, что мы всегда слушаемся тебя.
Карел задумчиво перевел взгляд с Софии на Казимира, потом на сына. Он постоял так с полминуты, будто раздумывая о чем-то. Потом пожал плечами.
– Один раз и вы, – он кивнул Казу, – больше не смеете вмешиваться. Иначе я вышвырну вас из этого дома быстрее, чем София успеет вступиться за вас.
На этом Карел крепко взял Софию под локоть и вывел из комнаты. Каз проводил их взглядом, а затем повернулся к Эдварду.
– Эй, вылезай, – позвал он.
Эдвард посмотрел на него, а потом встал и перелез через свою кровать и сел на край, со стороны Каза. Каз вздохнул и присел рядом.
– Как дела? – спросил он.
Эдвард промолчал. Каз не знал, что говорят в таких случаях.
– Я тут видел твою сестру, – рассказал он.
– Кристина, – отозвался Эдвард.
– Да. И вашу собаку.
– Бобо?
– Да, кажется… смешное имя. Кто его придумал? – спросил Каз, но Эдвард промолчал.
Возникла пауза.
– В общем, кто бы ни придумал, менять уже поздно, – подытожил он. – Крис рассказала мне, что твой отец ругается, когда Бобо копает газон.
При упоминании отца Эдвард вздрогнул, и Каз обругал себя. Нашел, что говорить.
– Знаешь, – решился Каз, – когда мы с напарником уедем, я кого-нибудь вызову сюда. Ну, социальную службу. Чтобы они вас забрали. Я думаю, вам с Кристиной не нравится здесь, правда? Придут специальные дяди и тети и разберутся во всем. В общем, вас никто не даст обижать больше, понимаешь?
– А когда вы уедете? – Эдвард посмотрел на Каза.
– Ну… очень скоро, – сказал Каз. – Не знаю, как решит Тим, но…
Эдвард вдруг порывисто обнял Каза, крепко схватившись пальцами на его свитер.
– Не уезжайте, – попросил он, зажмурившись и уткнувшись в плечо Каза.
– Ладно, хорошо, – растерялся Каз. – Не уедем. Позвоним отсюда, договорились?
Каз аккуратно высвободил одну руку и погладил Эдварда по волосам.
– Не бойся. Никуда мы не уедем. Подождем всех вместе. А ты пока постарайся не злить своего отца, хорошо?
Эдвард закивал.
– Ну, вот и здорово.
Каз испытал огромное облегчение. И от этого разговора, и от принятого решения, и от того, что Эдвард оказался совершенно нормальным мальчиком. Какие бы теории там Тим с Сэм не строили насчет паранормальных явлений, конкретно этой семье точно нужна социальная служба, а детям, вероятно, детский психолог. Они сегодня же вызовут сюда службы и дождутся, пока детей заберут.
Эдвард отпустил Каза и снова отодвинулся.
– Спасибо, – сказал он. – Можно попросить?
– Конечно, – ответил Каз.
Эдвард слез с кровати и подошел к своему шкафу, а потом залез куда-то внутрь. Судя по скрипу и шороху, у мальчика там был очередной тайник. Каз вспомнил про закопанный ключ. Его не удивляло, что Эдвард любит прятать вещи, в такой-то семье. Интересно только, от чего тот ключ? Казу сейчас было даже немного стыдно, что он его выкопал.
Эдвард вылез из шкафа, держа в руках целлофановый пакет. Из него пахло какой-то едой.
– Вот, – сказал Эдвард, протягивая Казу две небольших, судя по запаху, овощных котлеты внутри целлофана. – Отдай, пожалуйста, Бобо. Я взял для него.
– О, – улыбнулся Каз. – Обязательно передам. А никто не будет ругаться, что ты их взял?
Эдвард помотал головой.
– Я взял вчера, никто не заметил, – ответил он.
– Хорошо, – сказал Каз.
Он очень осторожно замотал пакет, стараясь не смять котлеты и встал, сунув их в широкий задний карман.
– Отдай сегодня, – сказал Эдвард.
Он перешел с “вы” на “ты” довольно неожиданно, но Каз решил не обращать внимания. Мальчик пережил много стресса.
– Конечно, а то они уж давно лежат, – согласился Каз. – Испортятся еще. Сейчас найду Бобо и отдам.
– Уже уходишь? – резко и капризно спросил Эдвард.
– Да, мне пора. Тебе страшно одному?
– Нет.
Эдвард теперь стоял посреди комнаты и смотрел на Каза. Они оба отражались в большом зеркале. Каз видел спину Эдварда и свое лицо.
