– Потише, больно!.. Я ж не статуя.
– Тогда башней не крути, как танк, сиди смирно… Все, перекисью промыл, вроде чисто. Сейчас наложим гипс. В смысле, пластырь. Вот так…
Вадик отрезал кусочек бинта, свернул его, наложил на ссадину и осторожно приклеил ленточкой пластыря.
– Готово. Через неделю не останется никаких следов. Если, конечно, не случится гангрена. Тогда потребуется срочная ампутация головы.
– Если только твоей.
Артём поднялся с табурета и посмотрел на своё отражение в стеклянной дверце буфета.
– Скулу, блин разнесло.
– Чепуха. Радуйся, что нос цел. А челюсть быстро заживёт. Держи, – Вадик достал из холодильника бутылку с чуть замёрзшей водой, – к щеке прижми…
Артём, морщась, прислонил бутылку к пластырю.
– Может, сто грамм плеснуть? – предложил Вадик.
– Нет, не хочу.
– Да, подфартило тебе… Рожи-то их запомнил?
– Одного. Мелкого. Который мобильник сорвал… Быстро они, гады, работают, я и крякнуть не успел.
– Ещё бы! А ты хотел, чтоб они поздоровались, спросили, как дела, как жизнь, и только после этого грабили.
– Ничего б я не хотел… Нет, прикинь – средь бела дня, люди гуляют, собаки…
Я понимаю, ночью, или в подворотне там, без свидетелей. А тут… Совсем оборзели, – Артём поставил бутылку на стол, и дотронулся до пластыря, – больно. Может, все-таки в поликлинику сгонять?
– Как бывший санитар морга качество работы гарантирую. Не дрейфь, ничего смертельного там у тебя нет. Подумаешь, скулу сковырнули.
Вадик действительно когда-то подхалтуривал в больничном морге. Два дня. Больше не выдержал. Работа не понравилась. Спиться можно.
– Слушай, мне ж шефу позвонить надо,
объяснить все, – вспомнил Артём.
– Пошли в мою комнату.
Друзья покинули кухню и переместились в жутко прокуренные шестиметровые хоромы хрущевки, где умещались диван, шкаф и письменный стол, заваленный учебниками и конспектами. Тут же стоял монитор старенького компьютера. Вадик мучался над дипломным проектом. Откопав из конспектов телефонный аппарат, протянул его Артёму. Тот вытащил из кармана джинсов визитку, набрал номер.
– Алло… Сергей Викторович, это Артём. Кравченко. Менеджер. Тут проблема одна. Меня ограбили… Нет, возле дома. Полчаса назад. Я перекусить хотел заскочить, во двор захожу, а меня сзади окликают, типа, эй, мужик. Поворачиваюсь – удар в челюсть. Сильно врезали, я загремел сразу… Нет, вроде кулаком, но качественно. Отработано у них, наверно. Я пока очухивался, они сумку с товаром свистнули, мобильник сорвали, ключницу ещё из жилетки, думали, кошелёк…. Да, двое. Одного запомнил… Нет, я у друга сейчас… Да, да… Как с товаром-то быть?
В течение последующих трех минут Артём с кислой миной выслушивал указания руководства, перебивая их фразами типа «но я же не виноват». Вадик курил. Выслушав рекомендации шефа, эмоционально бросил трубку.
– Вот марамой!
– Что, не поверил?
– Может, и поверил, только, говорит, ты товар взял, ты и верни. Или бабки гони.
– На много там?
– Тысяч на десять. В основном из-за дисков и вибромассажеров. Я, как чувствовал, не надо их брать. Один геморрой.
– Какие диски?
– Сидишки. Компьютерные. С базами данных. Пиратские. Адреса жителей Питера, телефоны там, все фирмы города. Знаешь, наверно.
– Конечно. Сам купил.
– Остальное по мелочи, тысячи на две. Батарейки, авторучки, фонарики…
Черт… Ещё предупредил гад, чтоб бегать не пытался… Да куда я побегу? У них и паспорт в залог оставлен.
– Срок какой дал?
– Неделю. Потом зарядит проценты, – Артём принялся вспоминать о собственных финансовых потоках, – так, тысячи три у матери есть, на чёрный день, ещё три, может, перехвачу…
– Я могу пару одолжить. У матери в серванте лежит. Заначка сеструхе на пуховик. Ирка, правда, вонять будет, если заметит. Но ничего, до зимы далеко.
«Но, слава Богу, есть друзья, и, слава Богу у друзей есть бабки…»
– Спасибо. Обидно, ключи спёрли. Замок менять придётся. Тоже деньги…
Телефон жалко, совсем новый. Прямо, как в песенке. Круто я попал на бобы.
– Я предупреждал, не фиг в эту торговлю соваться.
– А куда ещё?..
За прошедший после возвращения из армии год Артём сменил уже три профессии.
