Упираться смысла не было - все равно сделает по-своему, проверено. Так что Сема сам прошёл в большую комнату, где под большой елью - макушка у потолка - отец дремал в кресле.
- Ну разве это так тяжело - мужу помочь? - тихо бормотала мама, доставая из буфета бутылочки и склянки. - И может ведь, может. Но нет! К врачу! Будто тому врачу Семушка интересен, у него таких за день - сотня. Сердце каменное!
- Чего ворчишь опять? - зевнул отец.
- А как не ворчать? Сын больной, а жене побоку.
- Не больной я!
- Конечно, не больной. Ща мы по сто грамм моей наливки попробуем - всё пройдет.
- Увижу бутылку - прокляну, - сузила мать глаза. Отмерила в стакан воды на глаз, накапала чего-то пахучего и велела: - Пей. До дна, чтоб и капли не осталось.
Он проглотил горькое тягучее питье, в животе тут же заурчало.
- Ну хоть бутербродов нам дай! До полуночи, что ли, голодать?
- Сиди, Семушка, отдыхай. А ты, - снова сузила глаза мама, - и не думай!
- Я и не думаю, - честным голосом ответил отец. - Вообще. Вот как женился - так и отрезало.
Телевизор тихо напевал старые мелодии, бутерброды, принесенные сыном, заветривались, а Сема блаженствовал. Дома отступали все тревоги. Он задремал и не видел, как отец, воровато оглядываясь, достал наливку. Сладкая, вишневая - пьешь как воду, веселеешь, а на ноги встать не можешь.
- Будешь?
Рюмочка небольшая, искрится алым. Сема зевнул протяжно, сладко да и согласился.
На кухне шумели голоса женские: то тихо, то взлетая вверх. Санька заглянул, когда стемнело. Приткнулся рядом - кости острые, торчат со всех сторон, - кивнул на следы преступления:
- Дед, жить надоело?
- Цыц, мелочь. Сам разберусь, без сопливых.
- Ура, мне наследство привалит.
- По заднице тебе привалит! - не выдержал Сема. - Иди лучше спроси, скоро за стол? - Проводил его взглядом и сказал в никуда: - В кого он такой?
- В бабку, в кого ж еще, - ухмыльнулся отец. - У нее в роду все кусачие.
Затопало глухо - Саня торопится, слоненок.
- Сказали: скоро. Через... - модный браслет мигнул зеленым, - минут пятнадцать.
- А ну, Сем, помоги, - заметался отец.
Стол достали с чердака: потертый лак, скрипящие ножки, зато раздвижной. За такой влезть могла дюжина, а уж им и подавно места хватило.
- Ну, - довольно оглядела семью мать, - садитесь.
Разномастные стулья проскребли по полу. Зазвенели о посуду ложки и вилки, захрустела под острым ножом курица, затрещали пузырьки вина. Сема повел носом: пряно! остро! Невозможно утерпеть.
Первые минуты все дружно жевали, пока разрумянившийся отец не поднял бокал.
- За старый год, земля ему пухом!
- Не чокаясь, - шепнул Саня тётке.
Все выпили; Санька, которому летом стукнуло пятнадцать, лихо отхлебнул шампанского, но отставил бокал, заметив взгляд матери.
- Дрянь шипучая, - отец пил вино только по праздникам.
- А ты что... - насторожилась мать. - Дыхни!
- Ма-ам, ну хватит, сколько можно? Давай хоть сегодня без этого.
- Не указывай мне, не доросла!
- А давайте выпьем за маму! - вмешался Сема.
Отец подмигнул и предложил:
- За нашу умницу, красавицу и хозяюшку.
- Мегеру, - теперь уже невестке шептала Ира.
- Ой, хитрец, всегда знал, что сказать, - рассмеялась мать. - А и правда, что это я? Будто не знаю, с кем живу.
Все загомонили, обрадованные тем, что легко отделались, - характер у хозяйки был ещё тот, не дай бог попасться под горячую руку.
Новый год встретили сытыми, довольными и немного пьяными. Сема едва по стулу не расплылся: так размяк от щиплющего счастья. Всё у него хорошо, вот всё! И семья крепкая, и родители живы-здоровы, и... и... и коллектив хороший!
- Я ж дома ночевал только. Работы хватало... - отец был в дрова: глаза стеклянные, щеки горят, и говорит всё, что думает. - Сначала отцу в кузне помоги, потом на поле, а там уже пора за коровами идти.
-...симпатичный, - все шептала на ухо невестке сестра, - но скромный. Я ему говорю...
- Тихо, тихо! Сейчас куранты бить будут!
Женская половина завозилась с бумажками и спичками, зашушукались тихонько. Саня тоже было дернулся за блокнотом, но оглянулся на отца с дедом, и сел назад. Успев под отсчет секунд последних, ссыпали пепел в бокалы и выпили.
- Ну а мы - наливку.
- Не, бать, мне хватит, наверное. Я лучше поем.
- Бери рыбку, отец с реки свежей привез. Или салатик попробуй, я новый рецепт нашла.
- Маш, будешь рыбу? Ты же любишь.
- Буду. Спасибо... мама.
- Пожалуйста, - холодно ответила мать. Посмотрела на дочь и спросила: - Ты что это делаешь?
Не отрываясь от телефона, та кивнула.
- Ира!
- А?
- Отложи свою цацку. С нами лучше поговори, а то...
- Отложила, не бурчи.
Сема решил поддержать мать и легонько хлопнул по рукам сына, что тоже увлеченно вглядывался в экранчик.
- Не отрывайся от народа, потом поиграешь.
- Я чатился. Тут играть не во что - ни компа, ни инета толкового.
- Что ты делал? - удивился дед.
- Переписывался, пап. Я тоже так делаю. - Ира подцепила миску квашеной капусты и потащила к себе.
- С кем?
- С друзьями, знакомыми. Отличная капуста... Сима, дай огурчик.
- Так там и мужики есть? - никак не мог угомониться отец. - Женихи?
- От нее дождешься... Вон, скажи спасибо сыну за внука.
