Так и вышло, когда в череде камней с включениями один из кусочков янтаря захватил внимание. Как только рука обвила пальцами гладкую поверхность и поднесла кроху на уровень солнечного сплетения, внутри грудной клетки беспокойство переросло в трепет. Словно десятки бабочек бились по ту сторону хрупкими крылышками. Аня едва различила это ощущение, знакомое снаружи и так давно не проникавшее под кожу.
Пока камень приближался, в фокусе глаз проступали примятые временем чёрточки. Складывались в силуэт части тонких конечностей и небольшого тельца, элемент за элементом. Анна впустила внутрь радость догадки прежде, чем разглядела скованный в солнце мираж целиком. Паук, не оставивший ни части себя, истлевший код среди процветавших потомков, не слишком отличался от современников в очертаниях отпечатка, призрачного следа в камне. Разве что небольшой хвост смотрелся непривычно.
Заворожённая, девушка не сводя глаз спустилась по лестнице на три этажа вниз. Она невольно вспомнила на втором пролёте о необходимости дышать. Пока взгляд не отрывался от маленького сокровища, свободная рука помогала прокладывать дорогу вниз. Предвкушая возможность рассмотреть все детали на втором спуске, Анна в минуту повернула за угол. И тут же выпустила весь воздух в беззвучном порыве, пытаясь удержать равновесие. Потеряв вторую опору, девушка съехала по стене, удачно перекинув чуть погашенный удар на колено устоявшей ноги. Вторая же смотрела в сторону крупного скола внешнего покрытия, уходившего большей частью на этаж ниже. Аня провожала глазами камушек, выкатывающий дугу мимо отлетевшего стакана. В ушах ещё стоял звук, с которым прочное стекло провернулось под ногой, пока янтарь ускользал. Подкатывался верно и медленно к краю, стремясь исчезнуть в пустоте на фоне первых багровых оттенков.
В начале девушка рванулась вперёд, перепачкав руки и перебравшись на четвереньки. Отключила предупреждения системы. С пары шагов она перешла на Бег. не сбавляла темп до самого конца, быстро приближаясь к краю. Шаги отдавались глухими ударами. Сердце ускорило ритм, пока глаза не отрывались с пробежавшего между поваленными стульями камня. Тот прокатывался уже последний метр, когда Аня резко наклонилась и левой рукой подхватила беглеца, прижав к себе. Ноги остановились в полуметре от выпавшего стекла, неприятно проскользив по инерции по грязи пола несколько сантиметров. Правая рука неприятно сильно ударилась о край скола, достаточно острый. Грань прорезала элементы перчатки костюма и кожу ладони.
Стоя на самом краю, над маленькими деревьями, над заросшими травой дорогами, провожая взглядом серую, шершавую от грязи стену, уходившую вниз среди строя десятка таких же высоток, Аня старалась сдержать дыхание и страх высоты. Она посмотрела на свою руку, сделав шаг назад, в безопасность, и повалилась на пол после очередного порыва ветра. Волна дрожи накрыла вместе с запоздалой паникой, пока свободная рука кровоточила сквозь повреждённый костюм. Обработка раны уже началась под зарастающей на глазах тканью. Чешуйки перестраивались и закрывали ранку. Волны частей собирались в целое, но кровь снаружи ещё оставалась на месте прорыва. Кровь, с которой девушка удержалась наверху.
Лёгкая модификация костюма могла защитить только от самых критичных повреждений при падении с такой высоты, оказав временную поддержку. Даже если бы девушке удалось выжить после падения и удара, спасти тело могла бы только оперативная транспортировка в стационарный медицинский блок. Что на практике могло быть невозможным. Аня не дождалась бы помощи в большинстве случаев. Последующая красочная картина легко вставала перед глазами. Невыносимая боль прорвалась бы через медикаментозную помощь костюма за пару часов. Если бы тело раньше не прикончила потеря крови и внутренние травмы, то отключение костюма не оставляло вариантов. В лучшем случае, машины первой помощи могли дотащить тело до транспорта. Состояние зависело от времени и случайных факторов.
Вся мощь знаний и возможностей, оставленная в недосягаемой близости, бесполезна в случае глупой ошибки. А она могла случиться, если бы рука не смогла зацепиться за край или если бы одна из ног проехала на скопившейся грязи чуть дальше. От этого осознания и стоявшей перед глазами высоты девушка покачивалась, обхватив колени руками. Сердце ещё успокаивалось, когда Аня аккуратно поднесла кусочек янтаря в левой руке к пробивающимся сквозь прореху в стене багряным лучам. Солнце высвечивало маленькое сокровище, которое не стоило такого риска. Но сама ситуация придавала ещё большую ценность новому экспонату. Аня не осваивала новые миры. Она испытывала передовые, но не самые опасные и впечатляющие технологии. Девушка не рисковала жизнью в борьбе с угрозами культуре человечества: она выбирала свой вклад из оставленных задач и вещей, собирая забытую красоту в собственных руках, выкладывая свой мирок уюта, камень за камнем. Эта идея успокоит её, когда глаза закроются дома, когда сон перенесёт день в тревожные воспоминания.