— Не бери на себя лишнее. То, что было у неё десять лет назад, тебя не касается, разбирайся в настоящем и будущем. И лучше не распространяйся об этом, аборты — не та тема, о которой хочется всем рассказать. Особенно бывшей жене мужа, — фыркнула Евгения.
— Я должен притворяться, что всё нормально, и я ничего не знаю? — не внял Майоров тонкому намёку, что обсуждать это он должен с кем-то другим. — Ты же женщина, скажи, как для вас лучше.
Женя могла бы сказать ему, что пять недель — это не тот срок, после которого можно делать выводы, что с зачатием какие-то проблемы. Ещё она могла повторить, что нельзя обсуждать гинекологические особенности своей женщины с кем бы то ни было, кроме неё самой, и то, если только она сама завела об этом речь. А в конце припечатать резким, но правдивым замечанием, что у него сейчас слишком налажен быт без постоянного наличия рядом ребёнка, и в этом возрасте глобальные изменения для него будут малоприятными. И добить совсем уж циничным советом, что для души они могут понянчить с Софьей Лёшкину Ксюшу, или завести котёнка либо собачонку, а не рожать от скуки. Но у неё есть любимые дети, муж, работа, дом, друзья, каждый день она хотя бы раз, пусть на минуту, но чувствовала себя счастливой женщиной, поэтому могла позволить себе побыть благородной и понимающей.
— Это ведь только я говорила о втором ребёнке, тебе и Гришкиного рождения было достаточно. Скажи Софье, что любишь её, — усмехнулась Женя, вспомнив, что похожее наставление Руслан в прошлом месяце давал мальчишкам. — И честно признайся, что тебя устраивает жить с ней вдвоём.
— Тогда она обидится и скажет, что с тобой я ребёнка захотел, а с ней — нет, — невзначай обозначил мужчина отношение своей настоящей жены к бывшей.
— Соври, что это я захотела ребёнка, а ты просто пошёл у меня на поводу, — уже устав от разговора бросила Евгения.
— Может сработать, — в противовес ей повеселел бывший муж, не забыв напомнить. — Но это не правда. Я сына хотел, ждал, а теперь люблю и горжусь.
— Ага, — услышал он на прощание вместо заслуженного признания его отцовских качеств.
Женя дала себе немного времени на то, чтобы в тишине повариться ещё чуть-чуть в хитросплетениях чужих отношений, и потопала в кухню.
Руслан ни о чём не спросил. Сидя над тарелкой с супом с ложкой в руке, он выглядел совершенно не заинтересованным частью разговора, свидетелем которого стал.
— Это секрет, — прекрасно понимая, что, несмотря на внешнюю невозмутимость, услышанное не даёт ему покоя, сказала всеобщая советчица. — Слишком личное. Не обо мне и не о нас.
— А о ком?
— Понимаешь, что значит секрет?
— Ладно, — сдался мужчина, успев прийти к выводу, что скрывать от него своё интересное положение с последующим абортом жена точно не стала бы. И этим своим самостоятельным выводом он так гордился, что едва сдержался, чтобы не напроситься на похвалу за своё понимание, сказав ей что-то из серии, «а ты заметила, что я кое-что услышал, но тебя в этом не заподозрил, потому что уважаю и доверяю?». Как большой мальчик Руслан с этим неразумным порывом справился, но для порядка добавил. — Я всё уяснил, это не моё собачье дело.
— Понятливый и красивый, — вместо того, чтобы начать его переубеждать, восхитилась Женя. — Как мне с тобой повезло!
Через два дня в четвёртую годовщину своей второй свадьбы Женя сделала подарок мужу и сыновьям в виде светлых льняных рубашек.
Одинаково светловолосые Гриша и Егор выглядели умилительно в похожих обновках. Особенно забавно было то, как младший копировал старшего, стараясь повторять все его движения, стоя перед большим зеркалом в спальне родителей.
Гришка поворачивался боком, поправлял плечи, закатывал рукава и показывал оскал своему отражению. Егорка делал то же самое, но на пару секунд позже, пока наблюдающая за этим Женя ухохатывалась.
— Муха-повторюха ты, — буркнул старшенький на младшенького.
— Нет, я мальчик.
Презент из «дышащего» материала напомнил Руслану о том, что нужно поторопиться с покупкой билетов и бронированием жилья для летнего отдыха.
В отличие от мужа, Женя давно успела обдумать, какими должны быть их первые полноценные каникулы вчетвером, и теперь столкнулась с проблемой. Чтобы сохранить гармонию и не задвигать Руслана, которого сама попросила устроить отпуск, нужно было сделать так, чтобы он сам пришёл к тому же выбору, что и она, и остался уверенным, что это именно его решение.
Но хитрить Евгении не пришлось, муж сам догадался, что она всё давно спланировала.
— Выкладывай, что ты нам придумала, — сказал он ей, примерив подарок.
— В конце августа Егор пойдёт в детский сад, а я официально выйду на полный рабочий день, — проинформировала Евгения мужа. — Лучше, чтобы до отпуска он ходил в ясли, а после дней десять в квартире поскучал, чтобы сам захотел хоть куда-нибудь из дома уйти и с кем-нибудь пообщаться.
— В июле море почти везде теплое, — прикинул мужчина.
— Лучше, чтобы лететь не больше четырёх с половиной часов.
— Без пересадки четыре часа… Как до Сочи?
