Давай! Ещё пара метров и можно прислонить пакет к двери, чтобы освободить руку для поиска ключей от подъезда, подбадривала себя она, когда услышала голос сына.
— Привет! А мы тоже домой идём. — объявил её ребёнок, двум тёмным фигурам, подошедшим к подъезду с другой стороны.
Пока Женя щурилась, стараясь разглядеть их лица в свете двух фонарей, закреплённых на козырьке над дверью в подъезд, фигура, которая повыше, заговорила голосом её соседа:
— Добрый вечер! — он достал связку ключей, приложил их к домофону, а потом широко распахнул дверь. — Прошу!
Гриша, воспользовавшись приглашением, быстро потопал в подъезд, а Женя успела сделать только один шаг, как рядом с ней очутилась вторая фигура, настойчиво потянувшая из её руки злополучный пакет.
— Я помогу. Брысь!
Евгения с удовольствием избавилась от тяжелой ноши, не обидевшись на последнее слово, ведь команда была дана не ей, а таксе, из-за которой добровольный помощник чуть не упал.
— Мы уже знакомы. Меня зовут Миша. Здравствуй… те, — вопросительно проговорил он, пропуская Женю вперёд.
— Добрый вечер, Миша. — улыбнулась Женя, отметив, что приветственные фразы он сказал в обратном порядке, и кивнула на свой, пакет в его руке. — Спасибо за помощь.
Удивительно, но консьержка оказалась на своём рабочем месте, и из её окошка распространялся запах доширака, почему-то навивавший воспоминания о железнодорожных путешествиях.
Нажав кнопку вызова лифта, Женя прикидывала, поместятся ли они все вместе, или кому-то придётся остаться и подождать. Привалившийся к стене Гриша пытался не снимая варежку почесать голову, через шапку. Вежливый Стас терпеливо делал вид, что не замечает, как вредная такса уже несколько раз наступила лапой ему на ботинок, с подозрением обнюхивая его джинсы. Вроде как рассматривающий обстановку первого этажа Михаил, успел уже несколько раз уставиться на Женю, но как только она ловила его взгляд, он зразу же опускал глаза.
— Ваша рука уже в порядке? — решила нарушить молчание Евгения, заметив, что теперь обе руки полицейского вдеты в рукава куртки.
— Да, всё хорошо. — отрапортовал он и, будто смутившись, добавил. — Спасибо.
Помня о том, что услышала о Мише в день знакомства, Женя подумала, что служить несколько лет он мог в каком-нибудь отряде быстрого реагирования, но незнакомая с людьми, выбравшими эту стезю, образ бойца силовых структур она представляла как Брюса Уиллиса в фильме «Крепкий орешек». Стоящий же перед неё молодой мужчина казался слишком мягким для такой профессии.
В лифт они решили зайти всей компанией. Тонька уселась задницей на ботинок Стаса, лишнего пространства, куда бы можно было выпнуть таксу, не было, и Жене только и оставалось, что состроить для него извиняющуюся мордашку.
Почувствовав, как сын вцепился в её ладонь, Евгения обратила внимание на то, что её ребёнок с интересом разглядывает незнакомого для себя человека, при этом старается делать это незаметно, прячась за её руку.
— Гриша, это Михаил. Он работает в полиции. — объяснила ему Женя. Представить самого Гришу она не успела, из-за того что он задал вопрос:
— А пятилетнему мальчику можно общаться с полицейскими?
Не будь рядом с ними полицейского, Женя бы сказала — нет. Она не верила, что наличие погонов, говорит о том, что человек безопасен и не может причинить зла её ребёнку, но говорить об этом сейчас было неудобно. К счастью, Михаил сам ответил на этот вопрос.
— Со мной можно и даже нужно.
Евгении хотелось спросить, нашли ли тех, кто вломился к соседу, или Михаил пришёл, чтобы допросить Стаса, потому что в чём-то его подозревает, но лифт уже остановился на нужном им этаже. И вместо этого, выйдя на площадку, Женя прошипела другой вопрос:
— Да вы издеваетесь?
Рядом с дверью в Женину квартиру стояла помощница Мария Черных. В одной руке Евгения сжимала собачий поводок, в другой ладошку сына, а за её спиной замерли сосед и полицейский. Она точно не знала, бросилась бы на девицу с кулаками, если бы они были наедине или нет, но желание завизжать и топнуть ногой она сдержала с большим трудом.
Не понимая, от чего именно старается спрятать Гришу, Женя, даже не ощутив веса, приподняла его и сунула в руки соседа. Потом нашла в кармане ключ и двинулась к своей двери.
Возможности прошипеть что-то злобное или толкнуть плечом стоящую на пути девицу у неё не было, так как та отпрыгнула и вжалась в стену, словно Женя держала в руке не ключ, а большущий нож. Открыв дверь и кинув в коридор поводок, Женя вернулась к растерянному соседу, подхватила удивлённого сына и занесла его в квартиру.
Звук, с которым она захлопнула дверь, оставляя сына с таксой дома, будто снял морок, заставляющий остальных участников сцены стоять на месте. Стас и Михаил сделали шаг то ли к квартире соседа, то ли к тяжело дышащей Жене, а Мария набралась смелости с наглостью и вместо того, чтобы тихо исчезнуть, заговорила:
— Здравствуйте. — видимо присутствие посторонних, заставила её вспомнить о правилах хорошего тона. — Андрей больше не живёт у родителей, а нам есть что обсудить.
